Книга Кухарка из Кастамара, страница 249 – Фернандо Х. Муньес

Между ними тремя повисло угрюмое молчание. Дон Франсиско был слишком молод, чтобы равняться с ними, а дон Альфредо, несмотря на достаточный возраст, уже потерял сноровку. Любой, кто привык к интригам, знает, что не стоит развязывать бой, если у тебя нет подходящего войска. Молчание перешло в мертвую тишину, и следующие часы Энрике просто прохаживался по чайной комнатке в ожидании герцога и молился, чтобы тот нашел кухарку и в них не попала молния, что могло поставить крест на всех его чаяниях. Он сам сделает так, что ее найдут, если на следующее утро она не появится вместе с герцогом. Он сел, но только его сморил сон, как наступил рассвет и в дверях появилась донья Мерседес.

– Они уже здесь.

Он посмотрел в сторону цветников и увидел герцога, который спешивался и направлялся к повозке, вероятно взятой напрокат для девушки. Он подумал, что тот точно был влюблен, если оплатил целый дилижанс с шестью мулами для нее одной, но, как только ее без сознания достали из повозки, он понял, что причина не только в этом. Кожа девушки была мертвенно-бледной, а сама она, похоже, была серьезно больна. Маркиз проклял свою судьбу. Если кухарка умрет, то его желаниям вряд ли суждено осуществиться. Они все вышли в гостиную, где уже ждали дворецкий и ключница Кастамара, которая всегда казалась ему человеческим воплощением сороки.

Как только дон Диего вошел, осторожно неся девушку, дон Франсиско подошел, чтобы подхватить ее на руки. Герцог выглядел обессиленным, но полным решимости, которой Энрике на какое-то мгновение восхитился. Для него просто подарком было услышать, как тот приказывал, чтобы ее разместили в его собственной спальне. Донья Мерседес с округлившимися от удивления глазами встала перед ним.

– Прекратите, матушка, – ответил он, стараясь обойти ее.

– Это зашло слишком далеко, сын. Лучше всего, если за ней присмотрят до выздоровления, а потом она отправится в другой дом.

– Нет, – только и сказал он.

Она гневно остановила его.

– Я хочу, чтобы она ушла, – повысила голос донья Мерседес.

– Она остается!

– Она кухарка, а не твоя невеста! Ты не можешь разместить ее в своей спальне!

Дон Диего помедлил и гневно обратился к донье Мерседес.

– Именно это я и собираюсь сделать! – сурово закончил он разговор.

Эта финальная фраза герцога показала Энрике, насколько он был слеп. В голове маркиза вдруг сложились воедино его неожиданные личные визиты в кухню посреди трапезы; недовольное выражение лица дона Диего, когда ее, словно корову, сделали ставкой в пари; сам факт того, что он помчался за ней в разгар бури, привез ее в дилижансе, а сейчас официально заявляет, что разместит ее, как невесту, в собственной комнате, на глазах у прислуги и гостей. Благослови Господь эту кухарку! Все это время способ отомстить герцогу был у него перед носом, а он даже ни о чем не подозревал до этого момента. Откуда ж ему было знать, что пари, предложенное доном Альфредо, выдаст ахиллесову пяту герцога! Не упуская случая, он шагнул вперед и улыбнулся слегка торжественно, понимая, что его слова приведут того в бешенство:

– Ваша светлость, полагаю, вы находитесь под влиянием этой несдержанной на язык куха…

И тут он понял, что его укол может оказаться напрасным шагом. Дон Диего подошел к нему, напряженный, со взглядом льва. Он предположил, что своими словами он не только ранил герцога. Возможно, негр успел передать записку с рассказом о том, что он узнал от сеньориты Амелии после смерти ее матери. Но по тому, как герцог остановился перед ним, скорее в приступе неконтролируемого гнева, чем владея собой, он понял, что тот ничего об этом не знает. Однако Энрике непроизвольно отступил перед его натиском. В чем тут же себя упрекнул. Дон Альфредо даже попытался встать между ними, чтобы смягчить гнев герцога, но тот подошел к маркизу почти вплотную.