Онлайн книга «Кухарка из Кастамара»
|
Он за этот вечер одарил ее двумя улыбками. Она бросала на него лишь сдержанные, несколько отстраненные взгляды, чтобы он много о себе не возомнил. Так продолжалось, пока в самом начале дуэта Клорилена в исполнении Марии де Сан-Мигель и Селауро, которого превосходно сыграла Агеда Ондарро, как раз на фразе «Что за приятная тревога…», Соль не обнаружила, что Франсиско нет на месте. Она, уже считавшая, что завладела всем его вниманием, смотрела на пустое кресло. Там были только его спутники. Тогда маркиза развернула на коленях веер, украшенный нефритовыми пластинами, на котором были изображены различные сцены из «Энеиды», и начала нервно обмахиваться. Как воспитанный кабальеро, граф должен был бы по крайней мере засвидетельствовать ей свое почтение в конце акта. Она еще не вышла из раздумий по этому поводу, как один из лакеев просунул ей в дверь записку. Франсиско приглашал ее в одну из лож на четвертом этаже, которые пустовали по желанию их августейших величеств. – Верни ее и передай отправителю, что я не понимаю, по какой причине я могла бы заинтересоваться подобным, – сказала она лакею. – Скажи кабальеро, что не хочу больше принимать записок. Лакей кивнул и удалился, а маркиза осталась в надежде, что пристыженный Франсиско появится в ее покоях на третьем этаже, на противоположной стороне подковы «Колизея». Как ей хотелось бы увидеть выражение его лица, подтверждающее полное крушение его планов! Она сознательно пыталась соблазнить его, увлажняя губы, когда улыбалась, даже не глядя на него, безмятежно поворачиваясь к нему затылком и вздымая грудь при вдохе. «Как же легко соблазнять мужчин», – говорила она себе при этом. Несмотря на это, прошла уже половина акта, а Франсиско так и не вернулся на свое место, и она начала подозревать, что, возможно, он ушел, не вынеся постыдного отказа. Во время антракта она вышла прогуляться, чтобы будто случайно встретиться с маркизом де Сесто, камергером короля и главным конюхом королевы Елизаветы. Он поздоровался с ней издалека легким наклоном головы, продолжая поддерживать разговор с женой. У нее возникло ощущение, что он ждал, пока она подойдет. Она обошла стоявшие отдельно группы людей и подошла к нему. Улыбнувшись, он сказал, что дон Франсиско ушел с доньей Маргаритой де Монтефрисо, а она, если захочет, может присоединиться к их легкой трапезе. Соль с ледяной улыбкой на лице спросила, не знает ли он, где проходит эта трапеза. – Как странно, дорогая, – смущенно ответил он и пожал плечами. – Мне сказали, что вам все сообщили в личной записке. Она улыбнулась и сделала вид, что вдруг вспомнила об этом, и, перекинувшись с маркизом парой ничего не значащих фраз, ушла. Она не могла поверить, что этот бессовестный Франсиско пригласил ее в покои на четвертом этаже, находящиеся очень близко от королевских, да еще и в компании с этой известной всему двору гетеры. Она в раздражении села и принялась обмахиваться веером, представляя его вместе с ней. Когда подняли занавес, она краем глаза посмотрела в сторону второй галереи. Потом попробовала сосредоточиться на сцене, но это оказалось уже невозможным. Она постоянно представляла себе, как он ласкает другие ножки и пьет из других, не ее, губ. И когда Петронила Хибаха, Португалка, вышла на сцену в роли Марфилии, то она, не в силах больше терпеть, поспешила в ложу, указанную Франсиско, сообщив своим сопровождающим, что ей нужно подышать свежим воздухом. Она прошла по коридору, поднялась по лестнице и, стараясь не шуметь, прошла мимо королевского балкона. Миновав привратников и слуг, она добралась до четвертого этажа. В полной темноте она продвигалась на ощупь, говоря себе, что не в ее манере пытаться проскользнуть украдкой. Но тут она услышала стон, и страсть против ее воли разгорелась еще сильнее. |