Книга Кухарка из Кастамара, страница 161 – Фернандо Х. Муньес

– Доказательства, Габриэль, доказательства! – задыхаясь, прокричал он, напугав доктора Эваристо. Потом сжал кулаки и снова зашептал: – Ты полагаешь, что эта ситуация меня не беспокоит? Но я же не могу обвинить перед королем Энрике де Аркону, маркиза де Сото-и-Кампомедину, без неопровержимых доказательств его причастности к этим преступлениям… И, напомню тебе, он еще ничего не совершил против нас лично. Ничего, что мы могли бы доказать, ничего!

Его последнее слово снова вынудило доктора поднять голову, хотя тот и пытался, невзирая на все отвлекающие моменты, сосредоточиться на сеньорите. Габриэль обратился к Диего со свойственным ему желанием всех защищать.

– Позволь мне схватить этого его приспешника – Эрнальдо де ла Марку, – снова предложил он.

– Нет, – остановил его Диего. – Если мы пойдем на этот шаг, то окажемся в руках маркиза, как только он об этом узнает.

Габриэль нахмурился, ощущая свою беспомощность.

– Ты самый упрямый человек из всех, кого я знаю! – воскликнул он.

Диего и сам это прекрасно знал. Но он бы никогда не подверг Кастамар риску потерять из-за одного неверного шага имя и положение в обществе по вине этого таинственного дона Энрике. Он прекрасно знал, что Габриэль не ослушается его приказа и что именно поэтому тот чувствует себя запертым в клетке. Однако брат был достаточно сообразителен, чтобы найти лазейку, а этого допускать больше было нельзя.

– Кроме того, вынужден признаться, мне не нравится, что ты втянул в это Альфредо и Франсиско, – упрекнул он Габриэля, повышая голос. – Мне не нужна их защита, в данных обстоятельствах это не то, чего мне не хватает. Сейчас они внизу в салоне греются у камина и ждут, когда им расскажут о проблеме, которая их не касалась.

– Мне все равно. Они твои друзья, – ответил брат. – И знай, что со смерти Альбы ты блеешь, как старая овца.

Бедный доктор Эваристо вежливо попросил их спорить в другом месте. Диего гневно посмотрел на брата.

– Хорошо же. Раз уж ты принес сюда сеньориту Кастро, сам и позаботься, чтобы она ни в чем не нуждалась, – сказал он, выходя, и закрыл за собой дверь.

Габриэль не ответил, и Диего спустился в салон к Франсиско и Альфредо, чтобы поблагодарить их за беспокойство. Когда он вошел, то сообщил им, что состояние пациентки еще вызывает опасения, у нее жар и все тело болит после побоев. И прежде чем он попытался успокоить друзей, Альфредо сам прервал его:

– Тебе никак не избежать нашего участия. Мы уже здесь и готовы помочь.

– Возможно, это всего лишь внутренние дела слуг, но маловероятно, друг мой, – ответил Франсиско. – Визитную карточку доставили в ваш особняк на улице Леганитос и на имя Габриэля неслучайно, и, честно говоря, я не считаю, что лишь для того, чтобы мы обнаружили в роще мертвого черного слугу. Боюсь, что кто-то хотел, чтобы мы нашли сеньориту Амелию, а если это не так, то зачем ее оставили в живых именно там, рядом с человеком, который не имел к ней никакого отношения?

Диего не захотел продолжать этот спор, поблагодарил их, попрощался и отправился, как обычно, бродить, заложив руки за спину и пытаясь распутать этот клубок. Очевидно, слежку Даниэля Форрадо раскрыли, и бедняга поплатился за нее. Дон Энрике опасен, он блестящий придворный, интриган и ради личной выгоды способен на все что угодно. Он один из тех, кого любой предпочел бы держать подальше в качестве врага из-за его коварных, скрытных действий, незаметных, пока не станет слишком поздно. При дворе он также славился тем, что выжил в двух дуэлях во Франции и Неаполитанском королевстве благодаря своему мастерству меткого стрелка. Не вызывало никаких сомнений, что его дерзкое и надменное поведение стало причиной более одного вызова. К своему счастью, он сражался на пистолетах, а не на шпагах. По словам Франсиско, маркиз был посредственным фехтовальщиком и всегда старался избежать встречи со шпагой за пределами шуточных состязаний. Несмотря на его невыносимый и слегка язвительный характер и мастерство в любовных делах, Диего не мог объяснить интерес этого человека к Кастамару, к нему самому или к его семье помимо того, что он был другом его матери. Сам Диего едва ли больше раза или двух имел возможность поговорить с ним до его появления в Кастамаре и даже не помнил дня их знакомства. При этом он осознавал, что ключом к пониманию намерений маркиза в отношении Кастамара является раскрытие его мотивов. Он вынужден был признать тот факт, что визитную карточку отправили в особняк на улице Леганитос для того, чтобы они нашли беднягу Даниэля мертвым, а Амелию в плачевном состоянии. Однако это могли непреднамеренно спровоцировать они сами, когда начали слежку за доном Энрике и его людьми. Герцог прекрасно понимал, что за редким исключением королевский двор – это осиное гнездо, в котором каждый ищет покровительства короля. А дон Энрике был именно из тех, кто будет искать альтернативный способ добиться своего, к чему бы он ни стремился. Возможно, своей слежкой они помешали каким-то другим его планам, которые к ним не имели никакого отношения. Если так, то, даже не будучи виноватыми, они все равно могли стать причиной произошедшего.