Книга Кухарка из Кастамара, страница 130 – Фернандо Х. Муньес

Герцог сел и с детским ликованием стал представлять себе, как преподнесет этот подарок сеньорите Бельмонте. Он ни в коем случае не мог подарить его лично, поскольку это было бы то же самое, что послать ложное сообщение о его намерениях, будто бы он из тех аристократов, которые, пользуясь своим правом господина, вступают в связь с прислугой ради забавы. Через слугу он тоже не мог передать его, потому что это вызвало бы пересуды и поставило бы сеньориту Бельмонте в неловкое положение. К тому же это был всего лишь подарок за ее работу на кухне, и он хотел бы, чтобы этим все и ограничилось. Лучше всего, если бы книга неожиданно появилась в ее комнате и она сама, как воспитанная девушка, решала, хочет ли ее принять. Решительно и в то же время осторожно он взял из бюро четвертинку листа бумаги, хорошо очиненное лебединое перо и четким каллиграфическим почерком принялся писать сопроводительную записку для получательницы.

Тот же день, 18 октября 1720 года

Эмилио по кличке Левша проглотил похлебку из фасоли и риса и почувствовал во рту кусочки лука и чеснока, перетертые с шафраном. Он поднял глаза и увидел в дверях Эрнальдо де ла Марку. Тот вошел большими шагами, и Левше в глаза бросился уродливый шрам, пересекавший всю правую щеку от скулы до уголка губ. Между ними никогда не смогло бы возникнуть дружбы. Во-первых, оба принадлежали к типу людей, которые не заводят друзей, во-вторых, они знали, что любой из них мог в мгновение ока лишить жизни другого. Кроме того, этот тип уже много раз смотрел смерти в лицо, привычно пользуясь уловками вульгарной дестрезы как на поле боя, так и в переулках Мадрида. «С тем, кто так избегает появляться в другом районе, нужно решать дела как можно скорее», – подумал Эмилио.

– Ты, кажется, голоден, Левша, – сказал Эрнальдо.

– Закажи себе что-нибудь, – ответил тот, пока солдат садился.

В последнее время Левша стал чаще заглядывать в бордель «Эль Сагуан», потому что кормить там стали лучше. Себ, хозяин заведения, пошел на поводу одной из своих проституток и завел повариху. И, по правде говоря, она готовила неплохое рагу. Лисица, как ее прозвали завсегдатаи, была настоящей находкой. С тех пор как она стала готовить вместо Себа, в «Эль Сагуане» от клиентов не стало отбоя, а хозяин оставался более чем доволен.

– Готовит она – закачаешься! – прошептал ему давеча Себ на ухо, чтобы Лисица не услышала и не попросила прибавки к жалованию.

Он улыбнулся и посоветовал ему не поднимать цены, так как «Эль Сагуан» – не приличный постоялый двор, а бордель. Заведение Себа, которого он знал уже много лет, славилось кучей дешевых шлюх – основного источника заработка хозяина. Приставы и охрана Института королевских интендантов не слишком ему надоедали, потому что некоторые из них по крайней мере раз в неделю бесплатно пользовались их услугами. Левша тоже был завсегдатаем заведения. Поначалу он заглядывал туда время от времени, чтобы поразвлечься с Хасинтой, шлюшкой, у которой не хватало половины зубов, готовой в постели на все ради нескольких мараведи. А потом он стал регулярно захаживать туда не только из-за дешевой еды и разбавленного вина, но и в поисках работы, будь то конюха или наемного убийцы. Спустя годы он приходил туда уже как к себе домой, ел и ждал.