Книга Алое небо над Гавайями, страница 38 – Сара Акерман

— Ничего себе! — сказала Лана.

— Джек все продумал, — ответил Моти.

— Все, кроме стены. Какой прок от ставен, если у нас дом открыт всем ветрам?

Моти почесал спину.

— Незадолго до болезни он планировал вернуться. Но смерть застигла его врасплох. Он знал, что я болею, мы даже обсуждали, где развеять мой прах, если я не выкарабкаюсь, — в океане, над волноломом. Вот уж не думал, что он уйдет первым.

— Никто не думал, — пробормотала Лана.

Вбежала разрумянившаяся Коко.

— Я кое-что нашла там, за домом! — воскликнула она.

Лана и Мари пошли за ней. Солнце взошло, только в какой стороне — непонятно; не было видно из-за тумана, но он быстро рассеивался, и все вокруг подернулось золотой дымкой. Тонкиелозы оплетали перголу, но успели вскарабкаться лишь до середины. Трава под ногами пружинила, как мокрый ковер, повсюду лежали лавовые камни. Лана услышала прежде, чем увидела: гул заполнял все вокруг, вибрируя в кронах деревьев. Сперва она решила, что это самолеты, испугалась, но звук был не похож на рев моторов.

— Что это? — спросила Мари.

Коко показывала дорогу. Они прошли мимо крытого сарайчика, где имелся душ и что-то похожее на водный нагреватель. Лана приободрилась. Юнга шла за ней, но вдруг села, высунула язык и насторожилась.

— Вперед, Юнга! — скомандовала Коко.

Но собака застыла, как большой черно-белый камень. Впереди кружили несколько пчел, а потом Коко указала на эвкалипт. С ветки свисали истекающие медом соты, а рядом жужжал рой размером с бочку для виски. Тысячи крошечных крылышек вибрировали, занятые важной работой. Под деревом выстроились ульи. Лана узнала их особую конструкцию: их спроектировал Джек.

— Ближе не пойду. Меня всегда кусают пчелы, из всех выбирают именно меня, — сказала Мари.

— Вы раньше видели рои? — спросила Лана.

— Нет, — хором ответили девочки.

— Они нас не тронут, если мы будем стоять спокойно и не лезть к ним. С пчелами есть одно правило: будьте с ними ласковы, и они оставят вас в покое.

Мари повернулась и повела Юнгу в дом, а Коко осталась смотреть.

— Кажется, они рады, что мы здесь, — наконец сказала она.

— Ты думаешь?

«Если ей от этого легче, пусть так считает», — решила Лана.

— По крайней мере, они не против, — добавила Коко.

— Ничуть.

Лана завидовала способности Коко легко отвлекаться и ее детской невинности, но, к сожалению, знала, что печаль вскоре снова даст о себе знать с новой силой.

Они обошли вокруг дома. Ее отец проделал превосходную работу: дом был обит горизонтальными широкими досками, а рамы покрашены в красно-коричневый цвет. Дом стоял на фундаменте из лавы и бетона и выглядел очень прочным. Если бы кто-нибудь нашел время и средства довести его до ума и обставить, он стал бы прекрасным жилищем, хоть и расположенным очень далеко от цивилизации. Настоящим убежищем от внешнего мира. Лана вдруг осознала, как привыкла вести бурную общественную жизнь и пользоваться благами современного жилья. У дальней стены под свесом крыши они обнаружили большую гору досок, видимо,предназначавшихся для постройки стены, и инструменты.

— Надо попросить Моти и Бенджи взяться за строительство, — сказала Мари.

— Моти слишком слаб для этого. Но мы можем помочь, — сказала Лана.

Мари взглянула на нее, как на ненормальную.

— От меня больше вреда, чем пользы. Я никогда даже молоток в руках не держала.