Книга Алое небо над Гавайями, страница 37 – Сара Акерман

— Тем более надо возвращаться! Пойду собирать вещи, — сказала она, повернулась, пошла в дом и с удивлением обнаружила на пороге Коко, завернутую в клетчатый шерстяной плед.

— Малышка, я не слышала, как ты проснулась, — сказала Лана.

Ей хотелось взять девочку на руки и ласково обнять, но та словно окружила себя невидимой стеной, такой прочной, что о нее можно было удариться. Кудряшки Коко за ночь примялись, и на ее голове образовалось настоящее птичье гнездо. Впрочем, Лана подозревала, что Коко только рада ходить растрепкой.

— Мы едем в Хило? — спросила она.

Лана оглянулась на Моти, сидевшего с непроницаемым лицом.

— Мы разожжем очаг и приготовим завтрак. Твоя помощь пригодится.

— Я никогда не разводила очаг.

— Ничего страшного. Просто выбери, что хочешь на завтрак, и накрой на стол.

Коко плотнее запахнулась в плед.

— А может, вы съездите в Хило, заберете наших родителей и привезете их сюда? — серьезным тонким голоском произнесла она.

Такого Лана не ожидала.

— Почему ты так говоришь?

— В наш дом могут стрелять с подводной лодки. А здесь мама с папой будут в безопасности.

Откуда девочка знала про подводные лодки? Хотя в последнее время разговоры были только о них. Все боялись этих чертовых лодок. Тут Лана вспомнила, что у них есть радиоприемник; надо бы включить его и послушать новости, если удастся поймать сигнал в такой глуши.

— Я бы поехала и привезла твоих родителей в мгновение ока, если бы могла. Но сейчас нам надо подождать, пока их допросят. Я уверена, ФБР держит их в безопасном месте.

Коко сморщила нос.

— Ненавижу этих дядек, которые их увезли!

— Понимаю. Но они делают свою работу. И когда поймут, что твои родители не представляют угрозы, отпустят их, вот увидишь.

— Сегодняили завтра?

— Возможно.

— А ты как узнаешь?

— Мы им позвоним.

— Но тут нет телефона.

— Чуть позже я съезжу в поселок, — сказала Лана и вдруг поняла, что ее ответ означает, что они остаются. По крайней мере пока.

Когда все проснулись, Бенджи зажег в камине огонь, Мари и Лана накрыли к завтраку, а Коко покормила животных. Она присела и долго втолковывала Юнге про уточек, что их нельзя обижать, они члены семьи, а не еда. Она так спокойно говорила с собакой, что Лана чуть не поверила, что та понимала каждое ее слово.

На кухне, слава богу, было все необходимое: столы из нержавеющей стали, большая раковина и дровяная плита с печкой. В корзинке лежало немного дров, но позже им предстояло набрать еще. Поскольку электричества в доме не было, то и холодильник заводить не было смысла, но отец построил большой деревянный ледник, обитый жестью. А в Хило у Вагнеров на улице был ледник, заполненный глыбами льда, и Лана забрала их как можно больше и положила в сумку-холодильник. Повсюду стояли керосиновые лампы, но пока от них не было толку.

Когда Лана и Мари вернулись из кухни и сели за длинный стол, Моти и Бенджи устроились, придвинувшись ближе к камину, и согревались. Лана поставила на стол блюдо с яичницей, жареной ветчиной и солеными рисовыми шариками.

— Смотри, какие ставни, — сказал Моти и указал на стены.

Вчера в темноте они не заметили, но сбоку от каждого окна имелась тонкая рейка, к которой присоединялся большой кусок фанеры.

— Они задвигаются и защелкиваются, — сказал Бенджи и встал, чтобы продемонстрировать механизм.