Книга Алое небо над Гавайями, страница 134 – Сара Акерман

Ближе к вечеру они отвезли мед миссис Кано, дяде Тео и Тетушке, которая жила в маленькой хижине на краю кратера. Она сидела на циновке из листьев пандана^[56]и плела гирлянду из листьев, которая была длиной уже не меньше трех метров.

— Особый мед вы принесли. Я чувствую, — сказала Тетушка.

— Мы сами его собрали, а для вас приберегли особый красный, — с гордостью объявила Коко.

— Красный мед обладает великой силой.

— Думаете, о нем правду говорят? — спросила Лана.

— А ты сама еще не поняла?

— Я… я… — Лана не знала, что сказать.

— Вулкан сам по себе — великая сила. Люди не представляют, как велика эта сила. Но ученые знают. Все дело в этих… магинтах или магнитах, как их там.

Лана слышала теорию о том, что под Килауэа находятся большие залежи железа, а расплавленная лава является проводником. Но проводником для чего?

Тетушка продолжала:

— Пчелы чувствуют эту энергию, и растения тоже. Здесь все напитано этой силой. А во время извержения она усиливается стократ.

— Но сейчас вулкан не извергается, — сказала Лана.

Тетушка подняла бровь и обратилась к Коко.

— Тебе нравятся пчелы?

— Откуда вы знаете? — ответила Коко.

Тетушка хитро улыбнулась.

— Просто знаю. Оттуда же, откуда ты.

Коко попятилась.

— Не бойся. Это знание естественно. Большинство людей его утратили — вот и пугаются, когда с ним сталкиваются.

— Я не пугаюсь, — ответила Коко.

— Поэтому и не лишилась своей силы. А еще она у тебя в крови, — добавила Тетушка и пробуравила Лану взглядом. У той зачесалась кожа.

У Ланы возникла идея.

— Тетушка, а вы не возражаете, если мы еще раз к вам приедем и обо всемэтом поговорим? Нам, кажется, не помешает совет знающего человека. — При слове «нам» она кивнула на Коко.

Тетушка закрыла глаза и глубоко вздохнула. Руки ее дрожали, как часто бывает у старых людей, но видно было, какая сила скрывается под этим хрупким обличьем.

— Не возражаю, но при одном условии, — ответила она.

— Каком?

— Вы вернетесь через год.

Дом вдруг начал раскачиваться; стропила заскрипели и застонали, словно под ними сотряслась земля. Коко и Мари бросились к Лане. Все прекратилось так же внезапно, как началось.

— Землетрясение. Манини, — сказала Тетушка.

— Манини? Что это значит? — спросила Коко.

— Маленькое. Бояться нечего.

С этой стороны острова землетрясения были нередки. Даже в Хило часто потряхивало. Лана слишком долго жила на Оаху и забыла, как это бывает. Ощущение было неприятное, особенно здесь, в маленькой хижине на кромке кратера Килауэа.

Лана встряхнулась.

— В войну слишком много неопределенности, я даже не знаю, долго ли девочки пробудут со мной. Их родители в лагере.

Тетушка посмотрела на нее и вместе с тем сквозь нее.

— Я знаю.

Тощая черная кошка спустилась по крыльцу и потерлась о ногу Коко, затем о ноги Мари. Те ненадолго отвлеклись. Хорошо, что Юнга осталась в пикапе.

— Вы видитеэто? — тихо спросила Лана.

— Понадобится не меньше года, — повторила Тетушка.

Лана вдруг впервые осознала, что девочки могут остаться с ней на год, а то и больше. Насколько больше — она сказать не могла. На миг она засомневалась: неужели у правительства найдутся причины держать Вагнеров за решеткой так долго? Но потом накатила волна уверенности. Она почувствовала во рту горечь, примешавшуюся к сладкому вкусу меда. Сглотнула, пытаясь от нее избавиться.