Книга Красная жатва и другие истории, страница 107 – Дэшил Хэммет

Макклур стоял в каких-нибудь семи метрах от меня. Он выпятил подбородок. Чуть согнутые руки не прикасались к бокам. Плечи были развернуты.

– Подними их, – сказал я, прицелившись.

– Уйди с дороги, маленький, – пророкотал он в ответ и твердо шагнул ко мне. – Я тебя схаваю.

– Еще подойдешь – стреляю.

– Попробуй. – Он сделал еще шаг, слегка пригнувшись. – Я и с пулями до тебя дойду.

– Я их так положу, что не сможешь. – Приходилось быть многословным, тянуть время, пока не подоспеют остальные. Я не хотел, чтобы дело дошло до убийства. Мы могли застрелить его из такси. – Я не Анни Оукли^[4], но если с такого расстояния не расшибу тебе двумя выстрелами коленные чашечки, – добро пожаловать. И если думаешь, что дырявые коленки – большое удовольствие, – отведай.

– А черт с тобой, – сказал он и попер.

Я прострелил ему левое колено.

Он ковылял дальше.

Я прострелил ему правое колено. Он обрушился.

– Ты сам виноват, – посетовал я.

Макклур перевернулся и, опершись на руки, сел ко мне лицом.

– Не думал, что у тебя хватит соображения, – прокряхтел он сквозь стиснутые зубы.

Я говорил с Макклуром в больнице. Он лежал на спине, голову подпирали две подушки. Кожа вокруг глаз и рта побледнела и натянулась, но никаких других признаков боли я не увидел.

– Ну, ты изуродовал меня, – сказал он, когда я вошел.

– Извини. Но…

– Я не скулю, сам напросился.

– За что ты убил Святого Джо? – спросил я без подготовки, придвигая стул к кровати.

– Хе… Ты попал не по адресу.

Я рассмеялся и сказал ему, что я тот самый, кто был у Джо во время стрельбы. Макклур ухмыльнулся:

– То-то мне почудилось, что я тебя видел раньше. Вот, значит, где. К морде твоей не присматривался – главное, чтоб ты руками не шевелил.

– За что ты убил его?

Он поджал губы, скосился на меня, обдумал что-то и сказал:

– Он убил одну бабу знакомую.

– Он убил Сю Хамблтон?

Перед тем как ответить, он довольно долго вглядывался в мое лицо:

– Ага.

– Как ты об этом догадался?

– А чего там догадываться? Сю сказала. Дай курнуть.

Я дал ему сигарету, поднес зажигалку и возразил:

– Это не совсем сходится с другими сведениями. Так что же случилось и что она сказала? Можешь начать с того вечера, когда ты ей навесил.

Он задумался, медленно выпуская дым из ноздрей, потом сказал:

– Зря я дал ей в глаз, это верно. Но понимаешь ты, она весь день шлялась, а где была, не говорит – ну и поссорились. Сегодня что?.. Четверг? Значит, это был понедельник. Поссорились, я ушел и заночевал на хавире на Арми-стрит. Домой пришел часов в семь утра. Сю еле живая, но врача вызывать не велит. Совсем непонятно – сама испугана, как не знаю кто.

Макклур задумчиво почесал макушку и вдруг набрал полную грудь дыма, одной затяжкой спалив сигарету почти до конца. Потом долго выпускал дым из ноздрей и рта и хмуро глядел на меня сквозь это облако. Наконец грубым голосом сказал:

– Короче, загнулась она. Но до этого сказала, что ее отравил Святой Джо.

– Сказала, как он дал ей яд?

Макклур помотал головой.

– Я все время спрашивал, в чем дело, но ни черта от нее не добился. Тут опять начинает ныть, что ее отравили. «Я отравилась, Бейб. Мышьяком. Святой Джо, будь он проклят». И больше ничего не сказала. А потом не так чтобы очень много времени прошло – и кранты.

– Да? А ты что тогда?

– Со Святым Джо разбираться. Я его знал, только не знал, где он кантуется, – до вчерашнего дня. Ты там был, когда я пришел. Сам все видел. А я машину угнал, оставил на Тёрк-стрит, для отвала. Прибегаю туда, а там фуражка стоит. Подумал, что машина уже в розыске, а легавый заметил ее и дожидается, кто за ней придет. Плюнул на нее, вскочил в трамвай – и на товарную станцию. Там нарвался на целую свору, пришлось нырять в пролив под китайской деревней, доплыл до пирса, там – сторож, поплыл к другому, ушел от облавы – и надо же, вот так нарвался. Я бы не остановил такси, но на нем флажок был поднят: свободно.