Книга Последний выстрел, страница 91 – Эмма Пиньятьелло

– Я не собиралась прыгать, ты… Что ты делаешь? – Она снова попыталась вырваться, но остановилась. В его широко открытых глазах плескался ужас. Еще пять минут назад она многое бы отдала за этот безумный взгляд. Но она хотела не этого. Понимал ли он, что все еще прижимает ее к дверям, что его бедро упирается ей в живот, а бицепс прижат к подбородку? Она ощущала каждый его вдох – он был океанской волной, выталкивающей ее в море, и она не могла выплыть против этой волны. Да и хотела ли?

– Грейсон? Я не собиралась прыгать. Извини, я не хотела…

– Ты… Я слишком поздно заметил. Не успел…

– Ты о чем? Эй! Я здесь. – Макс потрепала его по щеке и почувствовала, как в ней проскочили те же искры, что и тогда, когда он погладил ее шрам. – Грейсон, эй… эй! Посмотри на меня! – Она взяла его лицо в ладони – лед и пламя. Плутон и Венера. Удивительно, но он не сопротивлялся и не вырывался, а вот глаза словно затянула дымка каких-то воспоминаний.

Не успел.

Это было хуже, чем в подвале. Он напоминал ей неприрученного орла. Макс даже испугалась, что он взлетит, и она больше никогда его не увидит.

– Смотри. – Все еще держа его лицо в своих ладонях, она заставила его встретиться с ней взглядом. – Послушай, я здесь. Я не упала. Я здесь.

Дыхание не замедлилось, но туман в глазах начал рассеиваться. Он моргнул.

– Вот, потрогай. – Она взяла его левую руку и, не обращая внимания на загудевшие внутри нее электрические цепи, провела ладонью по лицу, подбородку, шее…

Грей вздрогнул – должно быть, это означало, что он остывает. Прием сработал.

– Я здесь, – прошептала Макс, отпуская его руку и прижимаясь к его груди.

Он медленно прошелся ладонями по ее лопаткам, спине, словно пересчитывая каждый позвонок. И отстранился.

Черт. Не останавливайся. Задержи время. Забудь, кто я. Забудь, кто ты. Забудь, как мы познакомились и что нам еще предстоит сделать. Просто представь, что мы два человека в холодной зимней ночи. Два человека, признания которых уже не забрать назад.

Но об этом она просить его не могла.

Он медленно выдохнул.

– Знать не хочу, о чем ты сейчас думаешь.

– Я думаю… – Не хочу, чтобы ты меня отпускал. Ее так давно никто не обнимал. Если бы только это был не мужчина, который ее ненавидит.

– Ты этого не заслужила, – тихо сказал Грей.

Что он имел в виду? Историю с Джеки и Эваном? Или то, что сделали сейчас его руки? Если последнее, то он прав – она действительно этого не заслужила. А вот кто-нибудь вроде Антонеллы Барбарани…

– Почему ты подумал, что я прыгну? Почему ты так держал меня в подвале? Знаю, ты не думаешь, что это посттравматический синдром, но тут явно что-то…

– Я убил человека. – Он отпустил ее, но остался рядом, и ее тянуло к нему как магнитом. Она была неправа, и Александра была неправа – тюрьма довела ее до края. Она посмотрела ему в глаза – все в порядке, ты можешь рассказать мне.

– Это случилось на той самой вечеринке, где Лука ударил Фореста. Один прыгнул с балкона. Я поймал его… – Взгляд Грея ушел в угол балкона.

– Тогда как же ты мог его убить?

– Не смог удержать… – Лицо дернулось от воспоминания, как будто оно пыталось пробиться наружу и поглотить его целиком.

– Ты его выронил. Это не убийство, Грей.

Не то, что едва не сделала я.

– Я держал его. – Он вытянул руку и сжал кулак так, что напряглись сухожилия в предплечье. – А потом… – Он разжал кулак и опустил руку. – Жизнь и смерть. Все в моих руках.