Книга Последний выстрел, страница 88 – Эмма Пиньятьелло

Грей шагнул ближе. Защитная система, требовавшая бежать от нее, бежать как можно дальше, рассыпалась, как сухой хворост в разгорающемся внутри него пожаре. Предупреждающий голос отца звучал все тише, становясь предсмертным криком.

Тонкий белый шрам, который он заметил раньше, формой напоминал полумесяц. Не успел Грей опомниться, как шрам притянул его, и он провел по нему большим пальцем. Осторожное, но отчаянное прикосновение в тщетной надежде, что ее кожа прошепчет ему правду.

А может, он просто хотел до нее дотронуться.

Мне нужно понять.

Она задрожала, а он с трудом, но все же удержал в себе два соперничающих между собой и рвущихся наружу голоса: Извинии Дай мне его адрес.

– На работе мне случалось быть и в ситуациях похуже. – Голос ее прозвучал грубовато, но его руку она не оттолкнула. Он в последний раз посмотрел на шрам, а потом опустил руку. – Я должна была вытащить ее оттуда.

– Если бы ты это сделала, то, по статистике, вы обе были бы мертвы. – Он сам содрогнулся от своего ответа, но сейчас, особенно сейчас, ему нужно было дистанцироваться от нее.

– Знаю. Именно это она и сказала мне на следующий день. Эван позвонил моему тогдашнему бойфренду, Дэмиену, и сказал, что я слишком много выпила, поскользнулась и ударилась головой о стойку. Сказал, что я была не в себе и наговорила всякой ерунды.

– И он поверил?

– Они с Эваном были лучшими друзьями. Я и познакомилась с Дэмиеном через Эвана и Джеки. Он поверил Эвану, решил, что я неверно истолковала ситуацию, неадекватно на что-то среагировала.

– Ты серьезно? И этот твой бойфренд сидел потом в суде?

– Он неплохой парень. Если бы кто-то сказал мне, что Джеки – торговка детьми или убийца, я бы не поверила, кто бы это ни сказал. Трудно, почти невозможно поверить, что люди, которых ты любишь, – злодеи, которых видишь в новостях. Дэмиен знал Эвана с детства.

– Он все равно должен был поверить тебе.

Макс досадливо отмахнулась, и он едва не зарычал, но сдержался.

– На следующий день я позвонила Джеки. Сказала, что ей нужно уйти от него, что я помогу, у меня есть связи, но она отказалась. – Макс пожала плечами. – Я сказала ей, что это моя обязанность как полицейского – заявить о случившемся. Но Джеки – юрист, она знала, что решение зависит от жертвы, и сказала, что больше никогда не будет со мной разговаривать, если я его сдам. Сказала, что система бессильна, что я только сделаю хуже. Разумеется, она была права.

Она повернулась и отошла к окну.

– Макс, если тебе тяжело об этом говорить…

– Это случилось месяц спустя. Мы выехали на вызов – кто-то украл бумажник или что-то в этом роде, уже не помню. Потом поступил другой вызов – подозрение на домашнее насилие. Мы с моим напарником Кэлом были ближе всех, так что мы и приняли. Я даже не посмотрела на адрес.

– Дом Джеки?

– Да. – Она прерывисто вздохнула. – Надо было предупредить Кэла, но, черт, мы уже приехали туда, в окнах горел свет, а сосед, который вызвал полицию, стоял на крыльце в халате, и меня охватила такая… ярость.

Мы сделали все по правилам: «Откройте, полиция…» и так далее. Кэл позвонил в дверь, никто не откликнулся. Сосед сказал, что слышал крики, а потом звон разбитого стекла, и мы приняли решение.

Грей видел, что она уже много раз пересказывала эту историю. Адвокатам, возможно коллегам, судье.