Онлайн книга «Опасный привал»
|
– Один? – спросил Мосин. – Одинешенек! – ныл Яшка. – Один я. Я вообще не с ними. – С кем? – А эти вот, рыжий, долговязый и дурак какой-то. «Ну нахал, припомню тебе», – подумала Оля, а Анчутка продолжал причитать как старая бабка: – Они там шуруют по своим делам, а я тут, я вообще случайно! Мосин усмехнулся, звук получился короткий, сухой, как щелчок затвора. – Почему ж ты тут, если случайно? – Не знаю, не знаю, ничего не знаю! Я мимо шел! – Разберемся на месте. Вылазь, сказано. Ольга, не удержавшись, дернула Анчутку за штаны, тот, не дрогнув лицом, опустил руку и показал кулак.После этого подпрыгнул, подтянулся и полез наружу. Вот он уже там, на улице, с глазу на глаз c непонятным упырем с ружьем. Оля кожей ощущала: этот человек – самое страшное за весь их опасный отпуск. Конечно, она не сдержалась, выглянула посмотреть. И Мосин, почуяв движение, тотчас резанул фонарем по отверстию – Оля едва успела нырнуть в спасительную черноту. И снова выглянула, увидела черную широкую спину, уходящую в сторону камеры шлюза. Яшкиной тощей спины видно не было. Оля выбралась и стала красться за ними по тени. Анчутка боялся как никогда в жизни, а ведь и под бомбами побывал, и от карателей бегал, и ввязывался в такое, что заживо могли закопать. И он был один, никого рядом, кому можно довериться. Андрюха, Колька… Живы ли? Спокойно. Надо отвести от Ольги этого гада, не до конца понятного, но очень похожего на кровопийцу. Что будет с ним, Яшка понимал отлично: Мосин вел его убивать, они шли к краю камеры шлюза. Знакомое место. Анчутка бывал там и вынес ценное знание: по поверхности этой стены идут скобы – пусть через одну, пусть многие едва держатся, но если фартанет уцепиться… а чтобы повезло, надо взять себя в трясущиеся руки. «Не дергайся», – уговаривал он себя. Получалось неважнецки, особенно когда Мосин, кривя рожу в ухмылке, вынул из кармана… кто бы сомневался… Моток лески. И протянул: – На вот. Намотай на руку. – Ага. А зачем? – Мотай, мотай. – Дяденька, да не надо. Я же не убегу. – А тебе некуда бежать, – пояснил Мосин, – сам всплывешь, в свое время. И, наблюдая, с какой готовностью парень накручивает леску на запястье, Мосин дружелюбно спросил: – На кого ходил-то, на сома? – Ну, как бы… как получится. – Не про тебя рыбка. – Он повел стволом. – Закончил, что ли? Вставай на край. Яшка встал. Вроде бы уже спокоен-сосредоточен, но снизу тьма и такой могильный холод, что нутро все заледенело. – Последние желания? Покурить, водочки? – Дядь… – Ну, нет так нет. Мосин вскинул ружье и выстрелил. Яшка рухнул в воду. – Откуда вы такие прыткие, – сказал сторож и подошел к краю… Ольга вскрикнула, зажала рот. Умом понимала, что Анчутка прыгнул до того, как рявкнул залп, но от ярости кровь вскипела, пелена застила глаза, и все, что Оля видела, – ненавистную спину человека, с глупым любопытством заглядывающегов яму, куда канул Яшка. И Оля без мысли, без плана рванула, руки вперед – толкнуть его, свалить туда же, уничтожить! Но со стороны поселка послышались звуки мотора, выхлопа, фары осветили площадку как арену злого цирка. Крикнули: – А ну руки! Стоять! Мосин мгновенно преобразился, уронил винтовку в воду, вздернул руки, натянул на морду маску старика, страдающего слабоумием, забубнил, гугниво, проглатывая слюни: |