Книга Опасный привал, страница 94 – Валерий Шарапов

– Товарищ Гладкова, я вам всего не могу открыть.

– Это как водится, так все со мной поступают, – улыбнулась она, но без обычной злости по этому поводу.

Сан Саныч одобрил:

– И правильно. Ну а по сути – вот: вы сорвали операцию не только нам, но тем, кто имел задание спровоцировать авариюна гидроузле, как бы по естественным причинам. И так, чтобы видели эти, акулы пера с Запада.

– Это те, что на теплоходе идут? – уточнил Яшка.

– Они. Они подходят сейчас к Волге и, между нами, в полном разочаровании.

– Чем? – проворчал Колька. – Что не торчат, как дураки, посреди канала, ни туда, ни сюда?

– Ну как же, рапортовать-то не о чем. Такие бы заголовки были, ну, там, «прогнило все в Стране Советов», «колосс на мусорных ногах» и прочее.

Анчутка скривился, ну что твой критик:

– Что-то не очень.

– По их губернии сойдет, – заверил Сан Саныч, – ну и это не главное.

– Мост? – брякнул Пельмень.

– Он. Все рассчитано на регулируемый уровень воды, а не на гидроудар большой силы. Это же канал, контроль. Да, а тут волна – подмывает основания опор, грунт сложный, зыбкий, снесет леса, краны, понтоны с материалами. Всё в негодность… Это срыв сроков на многие месяцы, срыв поставок, прежде всего на восток.

Оля неуверенно поправила:

– Простите, на запад?

Сан Саныч сделал паузу, подбирая слова, подобрав, продолжил:

– Товарищ Гладкова, на запад идут вагоны для народов, обманутых Гитлером, с мирными грузами для восстановления хозяйства. А на восток направляются эшелоны грузов стратегических, для братских народов, противостоящих империализму…

Он улыбнулся:

– Да не в направлении дело. Нашим врагам все равно, с какой стороны бить, главное – попасть. В общем, вы просто устроили мордобой с местными, а на деле разворошили яму с сомами.

– Все-таки есть такое? – спросил Анчутка, гордо глядя на друзей.

– Есть. Под Ростовом-на-Дону.

– Как собаки, – вдруг сказал Пельмень.

– Какие собаки? – спросил Сан Саныч.

– Которых в воду можно кинуть. Для отвлекающего маневра.

– Ну если угодно. Да, что-то наподобие. – Он глянул на часы, снова всем пожал руки: – Выздоравливайте, товарищи. Всем спасибо.

Невесть сколько переписывались, собирались-собирались и наконец собрались. Была уже поздняя осень, прохладно, но еще красиво, не сошли красные листья с кленов. Колька в назначенное время покуривал на платформе.

Подошла электричка, народ разбежался, и Пожарский не сразу узнал Шваха. Мясца нарастил, одет как на картинке: суконный бушлат, нашивки, отглаженные брюки, кирза сверкает. Девчата оборачивались, женщины умилялись. Ведь он был не один, с ним была девчонка Лиза, прилично одетая: берет на кудряшках, хорошее пальто, платье, ботиночки. Не сними Максим фуражку, чтобы поскрести в затылке, не полыхнуло бы рыжим, небось и Колька прошел бы мимо, не узнав их обоих.

Швах тоже не сразу понял, что это за солидный товарищ преподаватель в сияющих ботинках. Поржали друг над другом, обнялись. Колька не сдержался, потрепал приятеля по отросшим волосам:

– Надо ж, мягкие.

– Так нет нужды ершиться, – усмехнулся Швах. – Лиза, собираешься здороваться или ремня?

Поздоровались и с Лизой, отправились в отделение. Девчонка сначала липла к ногам как собачонка, потом освоилась, пошла вперед, оглядывая новые места.

– Умерла Надежда, – объяснил Максим, – не вынесла.