Онлайн книга «Личное дело господина Мурао»
|
С первых же строк меня рассмешили глупые уточнения, что закат был «вечерний», остатки – «последние», а девушка – «юная». Но, пробежав взглядом напыщенный безвкусный текст, я задумалась, а взглянув на следующий отрывок, почти испугалась. – Что-то интересное? – спросил начальник. Я постаралась скрыть волнение. – Нет, господин Иноуэ. Рукопись не только крайне низкого качества, но и как будто попала не в ту редакцию. Я быстро перелистала папку: рассказ небольшой, всего страниц на двадцать. Как будто кто-то бросил его как пробный шар – и ждал, как я отреагирую. – Больше похоже на плохой детектив, чем на исторический рассказ. С вашего позволения, я не буду перепечатывать: это никуда не годится и не стоит вашего времени. Господин Иноуэ кивнул и опять погрузился в работу. Вот что было написано дальше: Она ощущала, как пульс ее замирает, когда она ступала на порог дома, где мрак и таинственность окутывали все уголки. Древние деревянные доски скрипели под ее ногами, словно стонущие души, а леденящий холод пронизывал воздух. И тут, в темноте, она увидела его – таинственного незнакомца, чьи глаза сверкали от внутреннего пламени. В глубине его взгляда крылась мрачная тайна, которую он стремился скрыть от мира. Был ли он убийцей? Или он просто жертва собственных темных страстей? Ее сердце билось как бешеное, но ее решимость была крепка, как сталь. Она знала, что ей предстоит пройти через ад, чтобы раскрыть правду, и она была готова на все ради этой цели. Текст был так невыносимо плох, написан таким бульварным стилем, что в ином случае я бы застыдилась даже читать. Но сейчас я пролистывала его, потому что видела в нем связь с тем, что происходит. Главная героиня текста, которая расследует преступление, – это, конечно, я. Старинный дом – место, где произошло давнее преступление. А незнакомец в доме – кто это? Господин Мурао? Наоко? Или кто-то еще? Пытается ли автор предупредить меня об опасности, или он сам представляет угрозу? – Скажите, господин Иноуэ, вы видели, кто принес это? – Да, американский офицер. – Офицер? – Думаю, он с фабрики напротив. С сентября там находится целая делегация. – Начальник сделал паузу и добавил: – Господа из Америки помогают восстанавливать экономику. А господа из Советского Союза, в свою очередь, помогают им. Это означало, что американцы продолжают захватывать наши ресурсы и промышленность, а советские военные стараются им помешать. Отец Кадзуро, когда выпивал, говорил, что так они якобы защищают интересы японских крестьян и рабочих, но что на самом деле это была просто игра двух сверхдержав, а Япония в ней – разменная монета. Америка, по его мнению, вела себя даже честнее. Похоже, что так считали и другие японцы. Меня удивляло, как спокойно и уважительно они относились к оккупантам. Стоит только вспомнить слова начальника о том, что американцы «помогают нам восстанавливать экономику»! Возможно, господин Иноуэ думал иначе, но вслух говорил об американцах только хорошее, как и все остальные. Я же не разделяла этого отношения. И есть причина, которая сформировала мою точку зрения. Летом двадцатого года[20], когда нам с Кадзуро было по пятнадцать, мы взяли велосипеды и поехали купаться на озеро Бива. До бомбардировок Хиросимы и Нагасаки оставались считаные дни или недели, поэтому мы ничего не боялись. Иногда слышали авиаудары, но никогда не видели их своими глазами. Нас почти без опаски отпускали купаться: рядом с Бива не было военных объектов, и никто не стал бы просто так бомбить озеро. |