Книга Личное дело господина Мурао, страница 11 – Даша Завьялова

Но главное – несостыковка с оглаской. Мурао как будто хотел представить Наоко полиции в какой-то определенный момент, не раньше, чем решит сам. Но зачем? Неужели он не боится второго покушения? Любой на его месте, имея на руках хотя бы какие-то доказательства, сначала позаботился бы о том, чтобы обезвредить угрозу как можно раньше.

Но не Мурао, нет.

Наутро я встала в дурном настроении и непонятной тревоге. Вчерашний разговор стоило повести как-то иначе, держаться спокойнее и достойнее. Но со мной лично говорил сам господин Мурао… и от этого я растерялась. Может быть, так же, как Наоко восемнадцать лет назад?

До трамвая оставалось больше часа. Я решила пойти в редакцию пешком – и не напрямую, а через те улицы, где могли, как мне казалось, жить господин Мурао и Наоко. По крайней мере, она-то точно жила в моей части города, а он… возможно, и он тоже. Ведь он говорил про старый дом, подобный нашему. Старые дома в Киото стараются не сносить и не разбирать, как это происходит в других городах, а беречь и восстанавливать, но все-таки новые постройки, особенно промышленные, начинают понемногу теснить их. Осталось всего несколько кварталов, которые сейчас стоят точно такими же, какими они застали войну. Через них я и пошла.

Недалеко от станции Арисугава я увидела улицу, застроенную старыми домами, и остановилась около одного. В саду одиноко стояло засохшее сливовое дерево, а каменные плиты во дворе были чисто подметены. Похоже, здесь никто не жил, но все-таки за домом следили. Может быть, это и есть старый дом господина Мурао? Или тот, на другой стороне улицы – тоже древний, похожий на одинокого смуглого старика? Или вон тот, чей хозяин, вероятно, давно ушел в мир иной, но чьим детям стоило бы попенять за то, как они содержат дом?

Мрачный угол. Место, где и не хочешь, а совершишь преступление.

Я пошла дальше. С чего же начать расследование? Наверное, нужно еще раз расспросить соседей. Господин Мурао, конечно, уже делал это, но всякое ведь бывает: кто-то был не в настроении говорить, кто-то растерялся и забыл важную деталь, а теперь мог вспомнить. Да, нужно обязательно поговорить с соседями, живущими по обе стороны улицы.

Ровно напротив дома господина Мурао был длинный забор рекана, где мы вчера беседовали. Нет, из-за него вряд ли кто-то что-то видел: для этого надо было стоять в саду и смотреть поверх забора. Вот если кто-то сидел в самом рекане, в глубине, за столиком, откуда видна калитка…

А ведь это хорошее место для наблюдения! Оттуда за домом господина Мурао мог наблюдать преступник, чтобы приметить время его выходов и возвращений. Человек, который долгое время стоял бы напротив дома и наблюдал за ним, вызвал бы массу вопросов. Но гость, сидящий за столиком и созерцающий улицу, – нет. Что ж, надо попытать счастья и спросить у хозяйки или официанток, не примечали ли они женщину тридцати пяти – сорока лет, которая часто ходила бы сюда последнее время и сидела за определенным столиком.

Рекан был не так далеко. Я посмотрела на часы и решила, что успею зайти туда до работы.

* * *

Хозяйка, госпожа Акаги, на мой вопрос только покачала головой.

– Сожалею: не видела женщины, которая часто ходила бы сюда. Расспрошу девушек, но ничего не обещаю.

Я поблагодарила ее и уже пошла к выходу, как вдруг мне в голову пришла другая идея, и я вернулась: