Книга Отчет о незначительных потерях, страница 18 – Даша Завьялова

– Чисако, где в прошлый раз, когда вы здесь были, припарковалась машина? – спросила я.

– Там же, где дорога была преграждена камнем, – ответила она и показала вдаль. – Вон там, на дороге со стороны моря.

Я постаралась напрячь глаза, но ничего не увидела. Зрение и без того подводило меня в последнее время, а кроме того, остатки снега, который все еще лежал в горах, и утреннее солнце в чистом небе слепили меня.

– Там ведь сейчас никого нет, верно?

– Вроде бы нет, – сказал Кадзуро, прищурившись. – Хидэо, посмотри-ка, ты лучше моего видишь.

– Нет, – сказал Хидэо. – Никого и ничего.

Танабэ начал спускаться вниз, в деревню, и остальные было пошли за ним, но я остановила их.

– Нет. Сделаем так. Здесь останутся Хидэо, потому что у него самый острый глаз, и Чисако, потому что она быстро бегает. Вы будете наблюдать за подъездом, а вы, если кто-то приедет, прибежите к нам. Мы втроем пойдем сначала по тому ряду домов, что стоит ближе всего к воде, и дойдем до самого подъезда к деревне. Оттуда нам и самим будет хорошо видно, нет ли людей и машин. Если нет, мы перейдем к другому ряду домов, пройдем его и вернемся сюда.

Врач Танабэ, Кадзуро и я спустились в деревню.

– Я был в поселке около года назад, еще до карантина, – сказал Танабэ. – И здесь все как-то… изменилось.

Я спросила, что он имеет в виду.

– Точно не скажу. Тут как будто… изменился ландшафт?..

Осторожно поглядывая в сторону въезда, мы начали исследовать дворы.

Селение выглядело странно даже для места, где давно не было людей. Казалось, что его покинули пять, а то и семь сезонов назад. На единственной улице и во дворах лежал слой плотной грязи, будто оставшейся еще с прошлого или позапрошлого таяния снега. Дома, по крайней мере на окраине, были заперты, а заглянуть внутрь мешали крепкие деревянные решетки на окнах. Во дворах было так же грязно, как между рядами домов, хотя здесь будто пытались навести порядок. У стен теснились ряды рыбацких ящиков и бочек для засолки. Некоторые из них оказались разбиты, в другие небрежно свалили кухтыли^[11]и снасти – и целые, и сломанные.

В третьем дворе я заметила колодец. Когда я заглянула внутрь, то удивилась: вместо воды там оказалась густая грязь, доходящая почти до уровня земли.

– Кажется, кто-то пытался засыпать его. Может быть, это и есть источник холеры?

Кадзуро и Танабэ подошли посмотреть, но, услышав мои слова, одновременно отшатнулись от колодца.

– Да, это хорошее объяснение, – кивнул врач. – Ничего не трогайте, только смотрите.

Я заметила темный след на дощатой стене дома и подошла ближе.

– А это что? Будто кто-то по линейке провел линию.

В соседних дворах картина повторялась: слой грязи, следы поспешной уборки, двери с тяжелыми замками и такие же горизонтальные отметины на стенах. Наконец мы увидели дом с сорванным замком и вошли внутрь. Судя по всему, бедно здесь было и до таинственного исчезновения жителей, но сейчас дом выглядел запущенным. В углу были свалены футоны в темных пятнах.

– Я бы понял такой беспорядок, если бы люди эвакуировались, – сказал Танабэ, разглядывая алтарь. Тот, как ни странно, был в полном порядке. – Но они ведь оставались тут на карантине. Зачем же после этого так спешно покидать селение?

– Посмотрите на пол, – сказала я. – Вас ничего не удивляет?