Книга Отчет о незначительных потерях, страница 17 – Даша Завьялова

С заднего сиденья присвистнули. Я не сомневалась, что это Кадзуро, и понимала его реакцию.

– А вы знаете их имена? Кормилицы и обеих женщин?

– Да, – ответил врач, не отвлекаясь от дороги. – Кормилица – местная женщина, Кояма Такако. А приезжих женщин зовут Нивара Мари и Нэмура Ринно.

– Значит, они тоже могут быть из каигату?

– Может быть, может быть…

Итак, в поселке, куда мы приехали, в какой-то момент появились две приезжие женщины, обе с младенцами. И обе слегли с какой-то неизвестной болезнью…

– А вы осматривали мать ребенка? – спросила я.

– Да, конечно. Но честно скажу, я толком не понял, что с ней. Ее лихорадит, хозяйка говорит, что она вся то горячая, то холодная, как труп, и первое время у нее действительно были и другие признаки холеры. Если вы читали свою книгу хорошенько, то понимаете, о чем я. Но хозяева дома – люди простые, особенно не разбираются в таких болезнях, поэтому не испугались инфекции, вернее, даже не подумали о ней. Потом эти симптомы прекратились, и сейчас ее поддерживают только травяные отвары, которые дает ей шаман. Если это и холера, выходит, ему в какой-то степени удается сдерживать ее травами…

– Но даже небольшой шанс того, что это холера, – повод отправить женщин в Саппоро или хотя бы в Асахикаву, а здесь организовать карантин… – сказал Хидэо.

Танабэ быстро обернулся, чтобы бросить на него взгляд.

– Это вряд ли выйдет. Хокуторан, где осенью якобы была холерная вспышка, формально принадлежит к нашему уезду Моккабэцу, а не к уезду Тайсэцугава. Руководство проигнорировало мои попытки разобраться со вспышкой; я и ездил-то в поселок по своей инициативе. Сюда я наведываюсь, пока в Тайсэцугаве нет своего врача… к слову, его еще долго не предвидится… и с руководством тут у меня натянутые отношения. Как думаете, будут ли они делать что-то для двух неизвестных женщин из Моккабэцу?

– Пусть не для женщин, но ведь в опасности их собственные жители… – начала я, но Танабэ закончил за меня:

– …А они пока все здоровы. Вы, Эмико, очень серьезно переоцениваете работу закона в наших краях.

Тут Чисако решилась снова подать голос:

– А как же эти женщины попали сюда? Их кто-то привез? Когда?

Я не могла не признать, что вопросы были дельные. Танабэ сказал, что не задумывался над этим и что обязательно надо это узнать у хозяев домов, где остановились женщины… Но сейчас нам пора выйти из машины – и начать пешую прогулку.

На улице ощутимо потеплело по сравнению с утром. Я посмотрела на свою обувь. Пусть длинная теплая юбка и не должна помешать дороге, но сапоги действительно стоило бы подобрать другие. Вот Чисако – она не только в брюках, но и в каких-то нелепых рыбацких ботинках, и ей, видимо, комфортно в них лазать по горам.

– Хотите, поменяемся обувью, госпожа Арисима? – будто услышав мои мысли, предложила Чисако. – Я-то привыкла по камням ходить, а вы нет, да и обувь у вас городская. Так-то у вас хотя бы ботинки будут удобные!

Я смутилась:

– Нет-нет, спасибо. Все хорошо.

– Вы мне скажите, если станет неудобно, мигом поменяемся. Ну, пойдемте скорее! – И Чисако побежала впереди, как будто радуясь, что вырвалась из тесного «Датсуна». Хидэо и Кадзуро тут же направились за ней, а мы с Танабэ шли последними.

Через полтора часа или чуть больше, спускаясь по другую сторону горной цепи, мы увидели Хокуторан.