Книга Отчет о незначительных потерях, страница 14 – Даша Завьялова

– Нет-нет, туда я не пойду.

– Хорошо. Как вернетесь с прогулки, попробуйте малганк. Это наше местное блюдо. Чтобы его приготовить, мы коптим рыбу нескольких видов, обжариваем морепродукты на открытом огне, а потом томим все в соусе. Звучит просто… но вы оцените подачу.

Я поблагодарила господина Мацумото и решила, что дойду только до горной цепи – эта прогулка должна была занять у меня как раз около получаса.

На самой окраине Тайсэцугавы, около подножия горы, стояли самые бедные дома. Дойдя до них, я собралась поворачивать назад, как увидела двух мальчиков лет пяти или шести. Один, показывая то на себя, то на товарища, проговаривал считалку – странную, не похожую ни на одну, что я слышала до сих пор:

На последних словах он указал на второго мальчика и заключил:

– Тебе водить!

Странно было видеть детей, играющих в холодном, еще толком не проснувшемся городке, у подножия заснеженной скалы. Но что заставило меня остановиться, так это упоминание жемчуга. Где жемчуг, там и ракушки, а ракушки были связаны с нашим расследованием.

Я подошла ближе и поздоровалась с детьми:

– Извините, мальчики, что мешаю. Меня зовут Эмико, я приехала сюда ненадолго и живу вон в той гостинице. Расскажете мне, откуда у вас такая считалочка?

Один из мальчиков показал на водящего:

– Это его. У нас такой раньше не было.

Значит, мальчик, который считал, не местный. Я почувствовала, что вот-вот узнаю что-то интересное, и присела на корточки перед ребенком.

– Как тебя зовут?

Мальчик подумал и ответил:

– Мама не велит говорить с незнакомыми.

– Это правильно, – согласилась я. – А где мама? Может быть, я поговорю с ней?

Мой маленький собеседник ничего не ответил, но его товарищ, видимо, чувствовал себя увереннее, поэтому сказал:

– Они с мамой живут у нас. Но его мама болеет – если хотите, я позову свою.

– Только если она не очень занята… – начала я, но тут дверь дома открылась, и на крыльцо вышел мужчина лет пятидесяти. Сначала я решила, что это отец кого-то из мальчиков, но через несколько секунд поняла, что ошиблась. Он был одет в хорошее городское пальто, совершенно не подходящее для рыбака или лесоруба, а в его лице было что-то уверенное, даже властное. Но больше всего привлекали внимание его глаза – красивые, темные, скользнувшие по мне проницательным взглядом.

Мужчина прошел было мимо меня, но потом остановился и спросил:

– Ваша фамилия Арисима?

Я встала. Уже второй раз за утро, если считать встречу с Чисако, местные начинали диалог без обиняков и представления. Чувствовалась в этом и суровость здешних условий, и удаленность от культурных центров.

– Да. А вы?..

– Моя фамилия Танабэ. Танабэ Каэмон.

Я изучила письмо Чисако довольно хорошо, чтобы сразу вспомнить: это врач, с которым девушка ездила в селение каигату.

– Я иду в гостиницу, – сказал он. – Идете со мной?

Мне действительно было пора возвращаться к завтраку. Я попрощалась с детьми и зашагала рядом с Танабэ.

– Вы приходили к больной женщине, да?

Вместо того чтобы ответить, он спросил, откуда я знаю об этом.

– Мальчики сказали, что мама одного из них живет в этом доме и что она больна. Как вы думаете, это холера?