Онлайн книга «Убийства в «Потерянном раю»»
|
Она произносила «Лола» голосом совсем маленького ребенка. Так ее наверняка называл тот самый малыш. Похоже, он повторял «Лола», когда матушка подходила к клетке, держа его на руках. Громче всего Лора болтала ранним утром и после обеда. Как раз в эти часы дети идут в школу или садик, а затем возвращаются домой (впрочем, большинство птиц активнее всего именно в этот период). Кроме того, иногда в десятом часу вечера Лора, услышав шаги на лестнице, неожиданно принималась плакать: «Матушка, уа-уа-уа». Точно маленький ребенок, который только что проснулся и зовет маму. Так и хотелось ответить: «Не плачь, малыш». Значит, это семья с матерью и детьми. Детей несколько, причем один совсем маленький, только‑только начинает говорить. Что же до матушки, то она вряд ли вдова. Но даже если допустить, что это так, то мужа она, очевидно, потеряла недавно. Иначе как в доме мог бы звучать столь живой и радостный детский смех? Впрочем, если муж и правда умер недавно, то Лора наверняка хоть немного говорила бы его голосом или по крайней мере не пугалась бы мужчин. Так что хозяйка, которая манерно произносила «Лорочка», вряд ли вдова. Однако ее муж, похоже, редко бывает дома… Точно, он моряк! Он на хорошей должности и часто отсутствует дома. Да это же моряк дальнего плавания! Я чрезвычайно обрадовался своей неожиданной догадке. Ему, наверное, около сорока. Может, он и не капитан, но, вероятно, помощник капитана. Во всяком случае, его семья живет в достатке, у детей всегда вдоволь фруктов и сладостей, и они охотно делятся ими с Лорой. Домочадцы, чей досуг скрашивают щенок, куры и попугай, месяцами ждут главу семейства дома. Так и есть… Дети часто обещали родителям: «Я буду слушаться», и этим же словам они научили любимую птицу. В те редкие моменты, когда моряк возвращался домой, он проводил все время с любимой семьей, а попугаю и другим питомцам не уделял внимания. Скорее всего, когда он приезжал, все домашние забывали про Лору. Так что у нее не было возможности привыкнуть к нему, а уж тем более привязаться. Кроме того, раз отец – моряк дальнего плавания, то ясно, почему у попугая вместо распространенной клички О-такэ-сан иностранное имя Лора: так птицу назвали за границей, а он привез ее в подарок семье. Я отчетливо представил такой диалог между супругами: – Это Лора. – Вот как? Очень мило, Лорочка. Так или иначе, Лору привезли в Японию еще птенцом. Ведь несмотря на западное имя, она, судя по всему, не знала ни одного иностранного слова. И даже свое имя Лора она произносила на японский манер. В любом случае меня чрезвычайно радовало, что она говорила «матушка» по-японски, а не mamanна заграничный лад. Ведь я категорически против того, чтобы детей приучали обращаться к родителям papaи maman, как это в последнее время стали делать в наших зажиточных домах. Многие литераторы выражали схожее мнение, но я более всех выступаю против этой тенденции. И дело вовсе не в пресловутой придирчивости или снобизме. С какой стати нам нужно отказываться от милых сердцу слов «батюшка» и «матушка», к которым мы привыкли с пеленок, и приучать детей к этим papaи maman? Для меня это абсолютно неприемлемо. Отказаться от родной речи – значит отказаться от своих корней. И я хотел бы, чтобы мои дети испытывали ко мне те же чувства, которые я сам питал к своим родителям. Сам я не отец, но, будь у меня дети, которых бы забавляли простые словечки вроде papaи maman, я бы лучше приучил их говорить «тятя» и «мама». Может, я слишком чувствителен. Но что плохого в чувствительности, питаемой благими идеалами? Более того скажу: совершенно недопустимо, чтобы самые первые, самые важные слова, которые дети произносят под влиянием эмоций и которые остаются с ними на всю жизнь, были иностранными. И вот еще. Я слышал, на Тайване в младшей школе детям местных жителей запрещают говорить на родном языке и даже могут наказать за это розгами. Раз наши чиновники осознают значимость национального языка и национального самосознания, почему же японским детям из хороших семей разрешают говорить mamanи papaи не наказывают за это? |