Книга Убийства в «Потерянном раю», страница 47 – Эдогава Рампо, Нисио Тадаси, Огури Муситаро, и др.

Мне ее хозяйка представлялась полноватой дамой с пухлым подбородком, так как иногда птица произносила свое имя мягким, нарочито добродушным голосом:

– Лорочка.

Да и полноватая О-Сигэ нравилась Лоре больше, чем моя худощавая жена.

Еще Лора очень радовалась, когда с ней разговаривали соседские ребята. Они приходили под окна второго этажа нашего дома и кричали ей что‑нибудь, а птица отвечала по-разному. Да, именно им лучше всего удавалось разговорить Лору. Наверняка она росла в окружении детей. Это было понятно и благодаря словам, которые она произносила по-детски неправильно. Кстати, Лора ведь не только сторонилась мужчин, но и никогда не подражала их голосам. Видимо, она жила среди женщин и детей.

Судя по тому, что Лора подражала лаю и отвечала Кинтаро, к собакам она тоже привыкла. Наверное, и в доме, где она жила до этого, был такой же небольшой пес.

Кроме того, Лора также знала, как подзывают кур и как кукарекает петух.

Домашние птицы, собачка, полноватая женщина лет тридцати пяти, воспитывающая детей… Кстати, о детях. Сколько их, интересно? Вероятно, семья из тихого пригорода Токио, и мужчин в ней нет. И все же в этом доме жизнь била ключом. Лоре был не чужд смех, и она часто хохотала, фальшиво и неразборчиво напевала что‑то, в общем, веселилась.

– Ма`тушка!

– Мату`шка!

– Матушка`!

– Хо-хо-хо!

И я представлял себе веранду, на которой три девочки вместе с мамой, окружив клетку Лоры, наперебой учат ее произносить «матушка» на разные лады и весело смеются.

…Получается, это семья без кормильца, но в ней есть малыш двух, может, трех лет, который время от времени плачет.

Так представляя себе дом, в котором раньше жила Лора, я все больше привязывался к птице, а тем временем жена внимательно слушала и старалась разобрать ее лепет. Она заметила, что одно и то же слово «матушка» Лора произносила с разными интонациями – то ласково, то сердито, то требовательно. Жену очень веселило и ее ребяческое хныканье, и бессвязные песенки. Кажется, она совершенно не помнила, что поначалу не обрадовалась моей покупке. Ведь у нас с женой не было детей. Временами она говорила, что от этого ей одиноко.

Словом, обрывочные фразы Лоры наводили меня на мысли о ее прежней семье, а жену заставляли задумываться о детях.

Когда Лора была в хорошем настроении, она лазала по клетке, цепляясь за прутья своими монструозными когтями и клювом, свешивалась вниз головой и голосом маленькой девочки говорила: «Я буду слушаться». Несоответствие ее слов и поведения забавляло меня.

Я привязался к Лоре и, чтобы она привыкла ко мне, часто давал ей лакомства. Особенно она любила печенье, яблоки, бананы и аманатто^[48]. Как раз в это время я обнаружил еще одну привычку Лоры. Захватив немного угощения, она отбрасывала его и требовала еще, пока у меня в руках ничего не оставалось. И лишь забрав последний протянутый кусочек, Лора принималась за разбросанные по клетке остатки. Мне кажется, ее прежние хозяева давали следующее лакомство до того, как она успевала съесть предыдущее. Наверняка это были дети: я представлял, как они обступали клетку и наперебой протягивали еду.

– А, вот еще.

– Вон туда упало!

Несомненно, Лора запомнила эти фразы, потому что так говорили ее маленькие хозяева.

Судя по тому, как живо звучала ее речь, почти все слова, за исключением собственного имени, Лора усвоила самостоятельно. Это давало нам простор для воображения, и мы оживленно строили догадки, как и где она могла их выучить.