Книга Райские птицы, страница 86 – Анастасия Вронская

Радан молча выходит из купели. Вода льется с него шумом, разбиваясь о камень. На нем темные штаны и льняная рубаха, промокшая до последней нити и обтянувшая плечи, налитые силой. Он протягивает мне руку. Я настойчиво пытаюсь прикрыться, но князь и не смотрит.

Ступая по прохладным плитам, я чувствую легкую дрожь в теле – то ли от окутывающего меня холода, то ли от присутствия малознакомого мужчины.

– Губы, кстати, уже не синие, – бросает князь через плечо. Радан подходит к низкой скамье у стены, берет первое, что под руку попалось: белое покрывало – и, не оборачиваясь, протягивает его мне легким, отрешенным движением. – Веста, значит?

– Это было так очевидно и до того, как я явилась вам в первозданном виде?

– Выдают глаза, – шутит князь, обтирая шею и волосы рушником. Белесые пряди явно длиннее, чем у Риона, и доходят чуть ли не до плеч. – Огромные белые глаза за вашей спиной.

Конечно. Крылья. Я заворачиваюсь в покрывало, пока князь, стоя вполоборота, прислушивается к шороху моих движений. Стоит мне затянуть узел на груди, как он поворачивается. Радан смотрит внимательно, не отводя глаз. И хотя ткань скрывает тело, ощущение наготы никуда не уходит: под его взглядом все кажется обнаженным.

– С вами действительно все в порядке? – спрашивает он. Голос звучит мягче, и в нем, несмотря на резкость, проступает тревога.

– Да, – выдыхаю я, собираясь с мыслями. – Спасибо вам.

Он слегка склоняет голову в ответ.

– Не за что. Хоть я и не так представлял наше знакомство.

– Князь Радан… – начинаю я, не совсем понимая, что хочу сказать.

Он смотрит внимательно. Не подталкивает, не перебивает – просто ждет.

– Почему… вы здесь?

Прежде чем ответить, Радан бросает короткий взгляд на воду, задумавшись.

– Обязанности, – говорит он сухо, холодным насмешливым тоном. Складывает на груди руки, тугие от напряжения. – В моем замке всегда есть дела, требующие внимания князя. Вам повезло, что я оказался здесь, желая узнать у прислуги, готовы ли покои для моей особой гостьи.

От его слов по телу пробегает холодок, слишком явный, чтобы остаться незамеченным: князь оглаживает взглядом мою руку, поддерживающую покрывало, и вновь косо ухмыляется.

– Смею заметить: на вас ни царапины. Восстановились вы, прямо скажем, чудесным образом.

– Чудеса случаются, – выдыхаю я, демонстративно поправляя белую ткань, чтобы стряхнуть с себя внимание Радана. Все в нем – от взгляда до ледяной точности движений – вызывает странную плотную тревогу.

– Значит, встретимся на пиру? – Он не спрашивает, а скорее, утверждает.

– Да, – неуверенно соглашаюсь я. Напряжение вновь накатывает, но в этот момент дверь резко распахивается и внутрь врывается запыхавшаяся Белава.

– Госпожа! – начинает она, бросая быстрый взгляд на меня. – Иван не нашел князя Радана, но… – Ее голос резко обрывается, когда она видит князя перед собой. Лицо девушки застывает, и она глубоко склоняется.

Упомянутый хмыкает, мельком задержавшись на ней взглядом, и выходит, не обронив ни слова. Белава несмело провожает его глазами, а потом обращается ко мне:

– Что здесь, Велесу на милость, было?!

– Я бы сама хотела знать, – оседаю я на пол. На шее словно пульсирует след от чужих рук из видения. А кожа предплечий, где недавно смыкались ладони Радана, горит. – Как же сильно мне бы хотелось знать, Белава.