Книга Новогодний детектив. (Не)выдуманные истории, страница 94 – Виктор Динас, Марьяна Олейник, Лилия Гаан, и др.

— Допустим, — ответил он. — И что из того?

— Зачем ему такая скрытность даже от лакеев? — спросил я. — А ведь ответ на поверхности. Чем меньше вокруг народу, тем проще сохранить тайну.

Я посмотрел на лже-Сеньку Кривого, который стоял у крыльца, уставившись на тело графа.

— Но одного слугу он все-таки посвятил в свои замыслы. Ведь кто-то должен был изображать хозяина постоялого двора, чтобы в нужный момент…

— А где же тогда настоящий хозяин?

— Лежит в хлеву с перерезанным горлом, у дальней стены, — ответил я. — Можете проверить.

— Ах ты стервец! — взревел ротмистр и подступил к разоблаченному графскому лакею. — Твоя работа? А потом и нас так же хотел?

— Не виноват я, — заорал лакей, падая на колени. — Это все барин!

— А Кривого тоже барин по горлу? — спросил я. — Граф позже приехал.

— Он велел!

— Это каторга, братец, — сказал я и обратился к ротмистру: — Но вы правы. Графу не нужны были свидетели. Боюсь предположить, что ждало бы нас и Катерину Григорьевну, если бы этой ночью или на рассвете не произошло того, что изводило графа последние четыре года.

— А что именно случилось? — спросил Буйнов, вновь прищурившись.

— Дуэль… — ответил я. — Определенно это была дуэль. Без секундантов и прочих свидетелей, но это факт — здесь случился поединок. Между графом и тем единственным человеком, который мог его изобличить в преступлении двенадцатилетней давности.

— С корнетом Гореловым, — заключил Буйнов, и мы посмотрели друг на друга.

— Так вот какую рыбку он ловил на приманку! — Ротмистр глянул на Катерину Григорьевну.

— А вы только сейчас это поняли? — спросил я. — Разве не то же самое хотели сделать вы?

— Что?

— Вы преследовали не графа, а его спутницу, чтобы использовать ее как приманку для корнета Горелова. Не так ли, господин Буйнов? — Я усмехнулся. — Или господин Га-невский? А может быть…

— Как много вы знаете, — восхитился ротмистр, сбрасывая полушубок. Он сунул руку за спину и вытащил из-за пояса пистолет. — Топорик бросьте, господин Всезнайка.

Он взвел курок и торжествующе засмеялся.

Катерина Григорьевна вскрикнула, бросилась было к нам, но тут же остановилась.

— Не дергайтесь так резко, сударыня, — с усмешкой попросил ротмистр. — У всех нервы на пределе, а у меня в руке оружие. Подпоручик, мне повторить просьбу насчет топорика?.. Так, а теперь, приятель… да, ты, лакейская душонка, — обратился он к слуге покойного графа. — Подбери топор. Держись меня, болван, и все будет в масле.

Он свистнул кучеру.

— А ты уведи барышню в избу. И запри ее!

— Что вы намерены делать? — громко спросила Катерина Григорьевна.

— Это вас не касается, — оборвал ее ротмистр. — Идите в избу.

— Делайте, как он говорит, — сказал я. — Господин Буйнов не воюет с женщинами, верно?

— О чем разговор? — осклабился ротмистр, продолжая держать меня на мушке.

— Пойдем, — тихо сказал кучер. — Зачем время попусту тратить?

Катерина Григорьевна жалобно посмотрела на него, потом на меня. Ее подбородок затрясся.

— Да что же это, Господи? Когда же все это кончится?

Молчание было ей ответом.

* * *

Когда за ней и кучером закрылась дверь, ротмистр сказал:

— А знаете, я ведь только теперь понял. Граф Каверин обманул сам себя. Он весь вечер гадал, кто из нас двоих корнет Горелов. Вот ведь шутка, верно?

Взъерошенный мужик, разжалованный из хозяев в лакеи, перебрасывал топорик из руки в руку, не сводя от меня глаз.