Книга Девушка за границей, страница 193 – Эль Кеннеди

Софи снова берется за чай. На меня она смотрит с любопытством.

– Вот записи, полученные от судоходной компании, которой принадлежала «Виктория». Здесь указаны страховые выплаты выжившим пассажирам. Уцелело около восьмисот человек, а погибло семьсот. Выплаты у всех были разные. Пассажиры первого класса получили гораздо больше…

– Скоты, – ворчит Софи.

– Скажи? Впрочем, даже тем, кто ехал в каютах попроще, заплатили прилично. По крайней мере, судя по суммам, компенсация была хорошая. Достаточно, чтобы эти несчастные полностью изменили свою жизнь. Начали с нуля в Америке. И вот тут-то начинается темный лес. Я изучила список выживших, и мне бросилось в глаза одно имя. Сначала я решила, что это просто бессмыслица. Совпадение.

– Какое имя?

Я протягиваю ей листок.

– Оно желтым выделено.

– Э. Фарнэм, – вслух читает она и смотрит на меня. – И кто это?

– Младшая сестра Джозефины, Эвелин.

Глаза Софи распахиваются.

– Она была на корабле.

– Судя по всему, да.

Софи снова погружается в изучение списка.

– А что означают цифры в скобках? Например, тут есть Дж. и Ш. Форбс, а в скобках стоит цифра два. М. Грегори, а в скобках единица. И у Э. Фарнэм тоже единица.

Я ослепительно улыбаюсь.

– У меня возник тот же вопрос. Сначала я никак не могла разобраться, в чем дело, так что вернулась к пассажирскому манифесту, к тому списку, где Уильяма, а значит, и тех, с кем он путешествовал, не было. Я кучу времени потратила, сверяя списки, и обнаружила, что цифры в скобках – это количество детей. Например, «М. Грегори» – на самом деле Мари Грегори, и она села на корабль с мужем и малолетним сыном. Муж умер, но Мари с сыном выжили. Форбсы – Джозеф и Шарлотта, а двойка – две их дочери. Имена детей есть в манифесте, но для выплаты страховки они не нужны, там просто указываются цифры.

– Так значит, с Эвелин Фарнэм был ребенок?

– Когда затонула «Виктория», Эвелин Фарнэм было четырнадцать лет. Сильно сомневаюсь, что это был ее ребенок.

Софи так резко отставляет чашечку, что блюдечко дрожит. Я вижу, каким восторгом загораются ее глаза, когда она понимает, что к чему.

– Джозефина.

– Ага. Подозреваю, они с Уильямом выдавали своего ребенка за ребенка ее сестры, по крайней мере, на борту корабля. Готова поспорить, приехав в Америку, они собирались вместе воспитывать своего сына, а Эвелин взяли нянькой для малыша. Вот зачем она поехала с ними.

– Сына? – Софи вопросительно изгибает бровь.

– Скоро и до этого доберемся.

– Но как Джозефина умудрилась родить ребенка, чтобы ни герцог, ни герцогиня не узнали? Особенно герцогиня. Джозефина была ее горничной. Она бы не смогла скрыть беременность. – Софи запинается. – Хотя нет, тут я, пожалуй, не права. Беременность она бы смогла скрыть. Но не рождение ребенка.

– Думаю, она скрывала беременность до последнего. И думаю, как раз поэтому Уильям так спешил сесть на тот корабль. Скорее всего, рожала она тайком, а вскоре они собрали вещи посреди ночи и сбежали, прихватив Эвелин и своего сына.

Я выуживаю из своей верной папки еще несколько листов бумаги.

– А вот теперь начинается настоящее безумие, – предупреждаю я Софи. Она слушает меня, затаив дыхание. – Вот семейные документы, которые получила от кузины Руби Фарнэм. Я их прочла, и вопросов, как обычно, стало только больше, так что вчера я не спала всю ночь и выискивала недостающие фрагменты информации. И вот что нашла. Готова?