Книга Развод в 44. Я отомщу, страница 25 – Юля Шеффер

— Да, Алиса, — отвечаю уверенно. — Я с ним разведусь. Но отказываться ни от чего не собираюсь. Я вкладывалась во все, что мы имеем, не меньше, чем отец.

— Ты думаешь, он позволит тебе отжать у него бизнес?! — фыркает она, но я не колеблюсь с ответом:

— И бизнес тоже.

— Какой развод? Ты с ума сошла, Ксения?!

Андрей смотрит на меня так, будто я только что не потребовала совершенно логичный развод с мужем, который мне изменял, а сообщила, что улетаю на Марс с первым попавшимся астронавтом.

Любимые некогда — да что скрывать, и сейчас еще не успевшие стать чужими — глаза расширены, губы плотно сжаты, скулы ходят: он потрясен и по-настоящему шокирован. Он реально не ожидал, что я решусь требовать развода!

Так же, как и Алиса. Я же не пойму, что в этом странного и так уж удивительного.

Но даже сейчас, даже после того, как попался с поличным, как я практически сняла его с его девки, он и не думает извиняться передо мной. Он даже не чувствует себя виноватым — нет. Он злится. Потому что я осмелилась заикнуться о разводе.

Осмелилась…

— Нет, Андрей, не сошла, — говорю ровно. — Это взвешенное решение. И окончательное.

Я стою перед ним, скрестив руки на груди, и чувствую, как внутри разливается ледяное спокойствие. Удивительная отрешенность и даже апатия. Никаких истерик. Никаких слез.

Не знаю, откуда у меня такая реакция. Я никогда не была такой холодной и безэмоциональной — наоборот, я достаточно сентиментальна и готова расплакаться по любому поводу, даже из-за трагичной или просто трогательной сцены в кино. Но сейчас слезы у меня не наворачиваются, я как будто заморожена изнутри.

Возможно, потому, что то, что я увидела сегодня, не стало для меня такой уж неожиданностью. Благодаря той смске и первой встрече с Эльвирой, у меня достаточно долго были подозрения и мысли, а теперь они лишь подтвердились. Может, я еще буду плакать по своей загубленной жизни и отвергнутой любви, но точно не при Андрее. Ему такого удовольствия я не доставлю.

— Окончательное? — кривится он. — Да ты просто бредишь! Какой к черту развод?! Мы вместе двадцать три года! ДВАДЦАТЬ ТРИ, Ксения! — пышет он негодованием и едва не тычем в меня пальцем, чтобы звучать убедительнее. — У нас двое детей, общий дом, бизнес! Ты вообще думала, когда это ляпнула?

Он проходит мимо, хватает со стола свой телефон, но передумывает и со злостью кидает обратно. Внутренне кипит, но пытается взять себя в руки. Я знаю этот его взгляд и это состояние — он сдерживается, стремясь подавить эмоции и сохранить невозмутимость. Потому что эмоции затмевают разум и мешают трезвому взгляду и взвешенным решениям.

Много раз я видела его таким, когда он решал сложные вопросы в бизнесе. Но со мной так не выйдет — я не его бизнес, и «решить» меня у него не получится. Я — нерешаемое уравнение.

— Тебе следовало об этом думать раньше, Андрей, — тихо отвечаю. — До того, как решился изменить той, с кем вместе прожил двадцать три года и завел двоих детей. До того, как завел любовницу, которая моложе твоей дочери. Хорошо, что не младшей.

Он резко оборачивается ко мне, глаза вспыхивают гневом.

— Слушай, давай без этих дешевых реплик! — он делает шаг ко мне, но я не двигаюсь с места. — Не делай из меня какого-то похотливого старикана, Ксюша!