Книга Рождество на ферме «Остролист», страница 63 – Джо Томас

Я разглядываю лепнину с розами.

— Да, уволилась. – Сказав это вслух, я будто окончательно подтверждаю свое решение. – Мне предложили подумать, но предупредили, что если хоть один мой пост появится в соцсетях, меня тут же уволят.

— Это смело.

— Или глупо.

— По крайней мере, у тебя есть время понять, действительно ли ты хочешь именно этого.

— Как бы то ни было, сейчас я счастлива. Я хочу заниматься чем-то ощутимым. Что-то делать своими руками.

— Понимаю, – тихо говорит Лью. – Я так себя чувствовал, когда играл в регби. Это было ощутимо. Этим я мог гордиться. Чем-то настоящим. – Кажется, он вспоминает, как это было.

— А сейчас – не то?

— Не совсем, – отвечает он. – Просто безопасный вариант. Я не хотел рисковать и гнаться за очередной мечтой. Сейчас мне спокойнее. Не нужно гадать, что случится, если я вновь что-нибудь сломаю. – Я слышу в его голосе нотки печальной иронии, и это приятно. Очень приятно.

— Значит, ты поэтому выбрал безопасную работу в сфере продаж?

— Да. – Помолчав немного, он спрашивает: – А ты?

— Хотела, чтобы папа думал, будто я счастлива, путешествуя по всему миру и строя карьеру.

— Вместо того, чтобы в самом деле быть счастливой, катаясь по ферме на квадроцикле. С неработающей фарой!

— Пришло время это исправить! – Я вновь смеюсь.

— Здесь ты определенно счастлива, – заключает он. – И явно вдохновляешь других. Если это хоть немного тебя утешит, большая потеря для твоих начальников – большое приобретение для нашего города.

Меня наполняет теплое чувство.

— Ты тоже кажешься мне вполне счастливым. Похоже, фермерская жизнь и тебе по сердцу!

И на этом все. Мы лежим бок о бок, два практически незнакомых человека, погруженных в свои мысли, и мне хорошо и спокойно. Если повернуть голову, я могу в свете уличного фонаря увидеть его профиль и небольшой шрам под глазом – несомненно, напоминание о временах большого спорта. И я смотрю и смотрю на его очень красивое лицо.

* * *

Дневной свет пробивается сквозь задернутые шторы, когда я просыпаюсь и не сразу понимаю, где нахожусь. Не в фермерском доме, не в отеле, а на надувном матрасе, который принесла Эви, и в спальном мешке кого-то из мальчишек Мэй. Здесь не срабатывают сигнализации, не включается ни отопление, ни вентилятор. Слышен только стук дождя по окну и тротуару. И не нужно никуда спешить.

Услышав тихое похрапывание, я вспоминаю и еще кое-что – я лежу рядом с Лью Гриффитсом. Мои пальцы касаются его руки. Его храп так… успокаивает. Я думаю, как отодвинуть руку, не разбудив его.

Сегодня я выспалась лучше, чем за долгое время.

Никаких мрачных мыслей, забот о расписании на следующий день или… новой работе. Только расслабляющий шум дождя.

Запускается генератор – значит, будет кофе. Или лучше чай. Большой чайник, чтобы хватило на всех.

Я все же решаюсь отодвинуть руку, глаза Лью резко распахиваются, и он видит, что я смотрю на него. Я краснею оттого, что… меня застали врасплох.

— Доброе утро. – Он улыбается мне.

— Доброе утро.

— Доброе утро всем! – Это Мэй. Она вбегает через черный ход, вслед за ней сыновья. – У вас все в порядке? Как спалось? Все хорошо? Мы вас не разбудили?

Я сажусь и протираю глаза.

— Это мой спальный мешок, с Паддингтоном, – сообщает один из ребят.

— Нет, не разбудили, – говорю я.