Книга Рождество на ферме «Остролист», страница 35 – Джо Томас

Звонит мой телефон.

— О, это Мэтью, – говорю я. Мне не терпится услышать его голос.

— Рад был увидеться, Джем, – кивает Оуэн.

— Передавай привет Ри и девочкам. – Я не знаю, как зовут его дочерей.

— Ага. – Он вновь хмурится, берет запеченный картофель в серебристой фольге и уходит.

Эви и Мэй переглядываются.

— Я что-то не то сказала? – уточняю я.

— Ох… Ри его бросила, – тихо поясняет Мэй.

Эви кивает.

— Прямо перед прошлым Рождеством. Забрала девочек и ушла к чужому мужу.

Лицо Мэй темнеет.

— А мой муж – к чужой жене.

— Ему тяжело, – говорит Эви.

— Нам, что ли, тут легко? – восклицает Мэй. – Пока Ри и ее новый мужчина планируют поездку в «Диснейленд» в Париже, мы проверяем часы работы продовольственного банка. – Она утыкается в телефон.

— Я не знала. Но, похоже, пока меня не было, многое изменилось. – Я вновь вспоминаю визит Лью Гриффитса и его намерение купить папину землю.

— Вы к нам надолго? – спрашивает Эви.

Я качаю головой.

— Пока папа не поправится и я не удостоверюсь, что на ферме все нормально. По крайней мере, в доме тепло и он счастлив, – отвечаю я.

Но надолго ли? Мне нужно заняться тем, что я планировала давным-давно. Пора проверить бухгалтерские отчеты фермы.

После подтверждения моих подозрений и нескольких невеселых часов за бухгалтерией у меня урчит живот. Я встаю из-за стола, заваленного бумагами. Темнеет. Нужно приготовить что-нибудь для папы. Нельзя кормить его одними валлийскими лепешками и тостами.

По дороге обратно я быстро заскочила в новый супермаркет на окраине города. Парковка была забита до отказа. Неудивительно, что в городе никого не осталось. Я купила самое необходимое: чай, кофе, туалетную бумагу, но не могла дождаться, когда смогу оттуда выбраться. Я даже не уверена, что купила все, что нужно. Там было так многолюдно, светло, ярко и искусственно, что мне вдруг захотелось тишины, спокойствия и уединения.

Я подхожу к задней двери, надеваю шапку и сапоги, просящие каши, натягиваю свитер до ушей и в сопровождении собак направляюсь к сараю за домом, где стоит морозильная камера. Огород, несмотря на холод и сырость, выглядит, как всегда, аккуратным и готовым к новому году после зимнего покоя.

Я открываю дверь и вдыхаю землистый запах: мешки с картофелем, морковью, луком-пореем и связками репчатого лука, ящики с яблоками, завернутыми в газету. Распахиваю морозильную камеру, и мои догадки подтверждаются. Может, на кухне продуктов немного, зато тут их предостаточно. Баранину, похоже, сейчас мало кто покупает.

Я достаю пакет с рубленым мясом, беру немного картофеля, лука, моркови и лука-порея и несу их обратно в тепло кухни. Ставлю все это на стол и на миг думаю, с чего начать, но быстро вспоминаю, сажусь и принимаюсь за овощи. Если что-то и может поднять нам настроение, так это домашняя еда, понимаю я, вспоминая печеный картофель. Так просто, но так вкусно и приятно.

Удовольствие, которое я испытываю, когда рубленый лук попадает на сковороду, шипит, размягчается и начинает карамелизоваться, просто неописуемо. Я возвращаюсь в детство, когда бабушка готовила на кухне каул или пастуший пирог. Потом их начал готовить папа. Это два его любимых блюда. Когда мы возвращались домой, они, теплые, стояли в духовке, независимо от времени суток. По выходным мы иногда готовили карри с рисом, а по особым случаям – жаркое.