Книга Рождество на ферме «Остролист», страница 26 – Джо Томас

— Ой, мне очень жаль, – говорю я, чувствуя, как холод обжигает щеки.

— Нелепая случайность. Перелом позвоночника.

— На поле?

— Нет, упал с лестницы. Мы готовились к вечеринке, жена попросила меня развесить гирлянды, я поскользнулся, и вот. С тех пор больше не играю.

— Ужас!

— Вот почему я не стал спорить, когда вы вчера предложили обратиться в больницу. Нужно держать такие ситуации под контролем.

— А жене вы позвонили?

— Как я уже говорил в больнице, мы больше не вместе.

— А… ну да… – Я стою на краю дедушкиного поля и смотрю вдаль. – Наверное, очень тяжело расставаться с тем, что любишь.

Он кивает.

— Да, было трудно. Еще и вся эта история с соцсетями. Многие комментировали мою игру, и понемногу я… растерял уверенность. Она так и не вернулась. Регби я разлюбил. И соцсети тоже.

Я иду к воротам. Рядом стоит машина, прижавшись к стене, и я не могу отделаться от мысли, что кто-нибудь из нас мог оказаться в реке. Меня бросает в дрожь. Я так благодарна, что жива, что я здесь, на ферме, которую люблю, рядом с отцом. Работа и суета перед Рождеством кажутся очень далекими.

Здесь я могу дышать, по-настоящему дышать.

— Я и с этим могу помочь, – предлагает Лью.

— Вы уверены? Я не хочу, чтобы вы повредили спину.

— Все в порядке. Доктор сказал, нет причин для беспокойства. И потом, что тут такого – всего лишь поставить ворота на петли.

— Хорошо, если вы настаиваете…

Мы вместе поднимаем ворота и аккуратно ставим их на петли, а заодно поправляем табличку с названием фермы, чтобы она висела ровно. Я с гордостью смотрю на эту табличку. Я рада, что рядом с папой будет человек, который поможет ему поддерживать ферму в рабочем состоянии.

— Спасибо. Наверное, мне пора проведать папу, – говорю я, чувствуя, что могла бы стоять здесь весь день.

— Да, конечно. Спасибо вам большое. Это вы помогли мне вернуться к физической активности.

— Не за что. Но не переусердствуйте. Удачи с машиной.

— Спасибо. – Он смотрит на меня, и на миг мне снова кажется, будто между нами вспыхнула искра. Но это всего лишь радость от того, что я смогла с кем-то разделить прогулку, которую хотела разделить с Мэтью. – Я пойду в амбар. Вон тот, да? – Он указывает на строение в начале подъездной дорожки. Я улыбаюсь.

— Здесь лучшее обслуживание. Можно сказать, это наш офис. А если станет холодно, можете укрыться овечьей шкурой или согреться чаем.

Он машет мне телефоном и идет к амбару. Я наслаждаюсь тишиной и покоем, глажу Фиону по голове. Она всегда рядом, всегда начеку. Она сообщила мне, что папе плохо. И когда я уеду, Фиона будет помогать ему вместе с Лью Гриффитсом.

— Все будет хорошо, Фи, – улыбаюсь я и вспоминаю, как папа говорил мне эти же слова. Так оно и вышло.

Вернувшись в фермерский дом, я снимаю шапку и пальто, вешаю у задней двери. Стягиваю сапоги и замечаю, что трещины стали больше. Нахожу в ящике комода скотч, заклеиваю их. Думаю, на неделю этого хватит, а потом я сменю их на элегантные черные туфли.

Я иду к плите – ее тепло притягивает меня. Чайник еще горячий. Вновь завариваю чай, кладу на тарелку валлийскую лепешку, несу папе.

— Я встаю, – говорит он, высунув ногу из-под одеяла. Я ставлю чай и лепешку на комод, поправляю одеяло.

— Папа! Ты плохо себя чувствуешь. Тебе нужно восстановиться.