Книга Второй брак императрицы. Том 1, страница 23 – Alphatart

Совьешу одобрительно кивнул:

— Я как раз ломал над этим голову. Барон Лант?

— Да, Ваше Величество?

— Я возлагаю на вас обязанность подыскать для Рашты подходящих фрейлин.

— Слушаюсь, Ваше Величество.

Я прогуливалась по саду, разбитому у западного дворца. Там рос цветок с лепестками величиной с человеческую голову, и на одном из таких лепестков сидела и чистила пёрышки неизвестная мне птица удивительной красоты.

— Что за странная птица.

Судя по всему, мои фрейлины не заметили её. Они были заняты весёлым обсуждением того, как секретарь Совьешу силится, но не может найти фрейлин для Рашты. Я тихонько подошла ближе. Протянув руку, я обнаружила, что птица ничуть не напугана: она тут же запрыгнула на тыльную сторону моей ладони и всплеснула крыльями, а затем принялась тереться клювом о мою руку – милое поведение, ясно говорившее, что птица привыкла к людям.

Не из тех ли она птиц, что держит знать?

Погладив её по голове, я разглядела крошечную записку, привязанную к птичьей лапке. Я развернула клочок бумаги и увидела неровные, мелкие, будто бусины, буквы:

«Я вскоре прибуду из другой страны на Новогодние торжества. Пишу это письмо под хмельком».

Я не успела сдержать улыбку: фрейлины, запоздало заметив пернатое создание, подошли и застрекотали:

— О, птица!

— Какая прелестная.

— И впрямь – дивной красоты. Как называют таких птиц?

— Я слышала, их трудно приручить… Разве это не ловчая птица?

Показав фрейлинам записку, я вызвала новый взрыв весёлого смеха, и они тут же принялись уговаривать меня написать ответ. Я и сама не могла сдержать улыбки. Неужели и правда какой-то иностранец в подпитии приложил к этому руку? С учётом того, что к Новогодним торжествам уже съезжается множество иностранных послов, это было вполне возможно… Обычно почтовые птицы летают в специальные голубятни, куда их приманивают особыми ароматами. Удивительно, что эта выбрала именно мой сад.

Я достала свой карманный письменный прибор, который всегда был при мне, а одна из фрейлин тут же раздобыла клочок бумаги.

«Отправляю назад птицу, прилетевшую не слишком трезвой. Если найдёт дорогу домой – окажется сообразительнее своего хозяина, что не может не радовать».

Фрейлины, с любопытством вытянув шеи, следили за тем, как я пишу ответ, и снова разразились весёлым смехом.

Я убрала перо, напоила водой удивительную птицу, долетевшую до моего сада, и привязала записку к её лапке.

Птица ещё мгновение потёрлась клювом о мою руку, а затем легко взмыла в воздух.

— Какая милая.

— Кажется, эта птица сразу полюбила Ваше Величество.

— Видимо, так и есть. Разве не удивительно, что она прилетела именно к вам?

Оживлённо обсуждая нежданную гостью, мы вернулись в покои. У дверей нас уже ждал секретарь, посланный Совьешу.

— В чём дело? – Я задала этот вопрос, заметив, что он простоял здесь явно не пару минут, а значительно дольше.

Секретарь тут же ответил:

— Его Величество Император просит вас к себе.

Лица фрейлин мгновенно помрачнели. И моё, без сомнений, тоже. Вся радость от встречи с прекрасной птицей развеялась, даже дышать стало будто бы тяжелее. Раньше я ничего не чувствовала, когда Совьешу вызывал меня к себе. Теперь же, едва заслышав, что он зовёт, я ловлю себя на мысли: «Ну что опять?»

— Понятно…

Но Рашта уже стала фавориткой, и я пресекла её попытки сблизиться сверх необходимого. Только и всего.