Книга Второй брак императрицы. Том 1, страница 21 – Alphatart

— Ваше Величество, мы видимся во второй раз. Я – Рашта.

Не знаю, действительно ли она не придала значения истории с Лорой или сделала вид, но, едва переступив порог, Рашта озарила комнату улыбкой. Графиня Элиза, даже не пытаясь скрыть неприязнь, демонстративно отвернулась. Я же напрягла мышцы лица, чтобы сохранить невозмутимость. К счастью, сохранять каменное выражение в неприятных ситуациях было для меня привычным делом.

— В отличие от прошлой нашей встречи, на этот раз ты официально стала фавориткой Его Величества. Поздравляю.

— Благодарю вас!

Формальные приветствия были окончены… Что же сказать дальше? Подумав, я перешла прямо к сути:

— Итак. Зачем ты пришла?

— Как «зачем»? Теперь мы с Вашим Величеством стали членами одной семьи, мы теперь словно сёстры.

Графиня Элиза, до этого холодно потягивавшая кофе, поперхнулась. Она прикрыла рот кулаком, откашлялась и уставилась на Рашту. Я пребывала в не меньшем изумлении. Что я только что услышала? Сёстры? Члены одной семьи?

— Одна семья, говоришь?

— Ведь у нас один муж.

Моя бесстрастная маска едва не треснула. Виски напряглись, на лице дрогнула мышца.

Контракт с фавориткой был именно что контрактом, любовницы не вносились в императорскую родословную. В период действия контракта фаворитка получала щедрое содержание, но если контракт не продлевался, она должна была покинуть дворец. То же касалось и рождённых детей: даже если дитя было похоже на императора как две капли воды, его не величали принцем или принцессой и родословную для них вели отдельно.

И она называет это «одной семьёй с общим мужем»? Столько ошибок в её словах, что не знаешь, с какой начать, – голова идёт кругом.

Пока я пыталась привести мысли в порядок, Рашта сложила руки и наивно спросила:

— Можно я буду звать вас сестрёнкой?

Воздух в покоях застыл. Я сжала губы. Видимо, предел моей выдержки был достигнут.

— Нет.

Мой резкий отказ словно расколол лицо Рашты невидимой трещиной. Она заморгала, а затем уставилась на меня в крайнем изумлении, будто никак не ожидала такого ответа.

Но куда большее изумление испытывала я. Неужели эта женщина всерьёз полагала, что я отвечу: «Конечно, сестрёнка! Давай жить душа в душу. Пусть ты отняла у меня мужа, но мы сможем быть подругами»?

Когда первое потрясение прошло, сменившись обидой, Рашта посмотрела на меня широкими глазами, в которых заблестели слёзы.

— Вы… вы отказываете, потому что невзлюбили меня?

— Дело не в том, нравишься ты мне или нет. – Хотя, конечно, не нравишься, подумала я и пояснила: – Ты стала фавориткой Его Величества, а не моей сестрой.

Я улыбнулась, надеясь, что это удержит её от слёз, но глаза Рашты лишь намокли сильнее. Видимо, она приняла мою улыбку за насмешку. Поскольку пускаться в дополнительные объяснения не было нужды, а улыбка не возымела должного эффекта, я вернула на лицо бесстрастное выражение и твёрдо сказала:

— Покинь мои покои.

После того как Рашта, чей визит шокировал всех присутствующих, удалилась, графиня Элиза пробормотала, не в силах скрыть недоумения:

— Право… Не знаю даже, как и назвать такое поведение.

Остальные фрейлины были с ней согласны. Они впервые видели фаворитку, которая является к императрице на следующий день после заключения контракта, впервые слышали подобные речи и теперь лишь цокали языками. Я же, нахмурив брови, обратилась к самой старшей из дам: