Книга Мировая история риса. Белые деньги. Социально-политическое путешествие по рисовым полям, страница 80 – Франческа Грациоли

«Ешьте рис!» – призывает пропаганда режима в женских журналах и на многочисленных тонких открытках. Там даже печатаются рецепты для домохозяек. Деревянные шампуры становятся полезным инструментом для готовки – не только из-за их первоначальной функции, но и из-за того, что с их помощью можно было добыть искру, чтобы зажечь плиту.

Интеллектуалы тоже не остались в стороне. Маринетти^[179], основатель футуризма^[180], был ярым противником пасты и спагетти. Он считал, что чрезмерное потребление макарон приводит к «упадку итальянского тела», что якобы подтверждается большими животами, которые можно было увидеть у многих. А благодаря автаркическому рису спина будет сильной, плечи – рельефными, а фигура – пропорциональной, стройной и крепкой.

В Италии рис стал символом силы. В то время как в британских колониях и США – особенно в Сан-Франциско, где в предыдущие десятилетия наблюдался значительный приток мигрантов из Китая, – рис стал символом восточной нежности и слабости.

В памфлете^[181], опубликованном в 1901 году с целью ограничения присутствия китайских рабочих, диета, по сути, упоминается прямо в названии. Он называется «Мясо против риса. Американская мужественность против азиатских кули^[182]: Кто выживет?». Автор^[183] памфлета выражал беспокойство по поводу появления сообщества, для которого рис является основным продуктом питания. А поскольку рис дешевле мяса, члены этого сообщества могли соглашаться на более низкую оплату труда.

Эта кулинарная традиция ставила под угрозу право рабочего на мясо. Автор памфлета опасался, что «белый рабочий не станет есть низкокачественную пищу и приучится к полуголодному образу жизни китайца». А раз китайцы предпочитают рис и овощи мясу, значит им в стране не место.

За двадцать лет фашизма рис стал появляться повсеместно, особенно в столовых. Он входил в состав борщей, ризотто и бульонов. Вместе с рисом в обществе начала формироваться категория «мондина» – женщина, которая ассоциировалась с фашизмом.

По сути, мондина – это образ идеальной женщины: сильная, полная, простая, заботливая и очень трудолюбивая^[184]. Однако не все итальянцы, особенно на юге страны, были с этим согласны.

Споры вызывала не только пропаганда риса, но и утверждение, что он по своим питательным свойствам гораздо лучше пшеницы. Многие помнили, как рис заменил хлеб во время Первой мировой войны, поэтому подобные утверждения вызывали у них некоторые сомнения. Мондинам, которых в Италии социализировали и политизировали как никого другого, тоже не нравилась подобная идеализация.

На одной из фотографий того времени можно увидеть Муссолини с пучком риса, восседающим на повозке. Он победоносно улыбается во все 32 зуба, а за ним стоит мондина с каменным лицом, словно сводя на нет все торжественные настроения.

То, что мондины не одобряли такую лицемерную торжественность, сопровождающую их труд, подтверждают многочисленные забастовки, проходившие в стране в этот период. Это были одни из немногих забастовок, которые разрешено было проводить при фашистском режиме.

Забастовки сопровождались песней «Если восемь часов вам кажется мало»^[185]. Именно эти женщины с сильными предплечьями боролись за право на восьмичасовой рабочий день во время забастовки 1909 года. Сотни женщин сидели на рельсах, блокируя движение на севере Италии. Они протестовали против тяжелых условий труда на рисовых полях, где рабочий день длился столько же, сколько длился световой день – с рассвета до заката.