Книга Перекрестки миров. Том 1, страница 73 – Джек из тени

— Неделя, если повезет — протянул Романовский. Майор подошёл к ящику с трофейными бутылками, без раздумий откупорил одну штопором, который так и торчал из ящика, и плеснул тёмно-красную жидкость в две железные кружки. Одну протянул Корневу. — За то, чтобы эти неделю мы использовали с толком.

Корнев взял кружку, вино было терпким, с привкусом каких-то незнакомых ягод, но на удивление приятным.

— У них есть и ещё одна слабость, товарищ майор, — сказал Барон, сделав глоток. — Они предсказуемы. Тактика, построения… То, что я видел, очень напоминает классические построения. Они мыслят шаблонами, которые работали полторы тысячи лет назад у нас дома.

— А мы будем мыслить асимметрично, — закончил за него Романовский. — Что ж, старлей, кажется, у нас действительно появились шансы. Хреновые, но шансы.

Он допил вино одним глотком и с силой поставил кружку на стол.

— За работу…

* * *

Двое суток прошли в странной, почти звенящей тишине. Это не было умиротворяющее затишье, скорее, напряжённая пауза в схватке двух боксёров, разошедшихся по своим углам ринга, чтобы перевести дух и получить от тренера указания, в какие слабые места противника бить. Лес, ещё недавно сотрясавшийся от взрывов и криков, замолчал. Но эта тишина давила на нервы куда сильнее грохота боя.

Толкинисты не предпринимали никаких активных действий. Ушастые словно испарились, растворившись в зелёной чаще. Но разведка, уходившая в лес каждый день на рассвете, докладывала одно и то же: враг никуда не делся. Он был там и наблюдал. Патрули на волках стали более осторожными, больше не лезли на рожон, а двигались по скрытым тропам, ведя наблюдение с дальних дистанций. Разведчики находили свежие лёжки, следы костров, остатки еды, противник просто сменили тактику. Они взяли лагерь в неплотное, но постоянное кольцо наблюдения, изучая и выжидая.

Жизнь в лагере, тем временем, вошла в колею жёсткого распорядка. Романовский и Сорокин гоняли людей с утра до ночи, не давая ни минуты на праздные размышления и панику. Работа была лучшим лекарством от страха.

Инженерные работы потихоньку заканчивались вместе с топливом. Ров по периметру стал глубже и шире. На внутренних склонах появились «волчьи ямы» с заострёнными кольями на дне. Бронетехнику окопали так, что над землёй торчали лишь башни, превратив машины в хорошо защищённые огневые точки. Из брёвен, оставшихся от эльфийских баррикад, и мешков, набитых землёй, солдаты строили блиндажи и ходы сообщения. За двое суток поляна, на которой они высадились, превратилась в настоящий форт, способный выдержать довольно продолжительную осаду.

Корнев со своими разведчиками тоже не сидел без дела. Каждый день, рискуя нарваться на засаду, они уходили в лес, постепенно, метр за метром, расширяя известную территорию. Составляли подробную карту местности, отмечая ручьи, овраги, густые заросли, которые можно было использовать как укрытие, и, наоборот, открытые, простреливаемые участки. Эта карта, которую Барон кропотливо рисовал вечерами, становилась самой большой ценностью в лагере.

Армейские снайперы, два брата-близнеца с позывными «Чиж» и «Ёж», получили отдельную задачу. Бойцы уходили в лес ещё затемно и устраивали засады на местную живность. Охота в этом мире была делом рискованным. Звери здесь были крупнее и агрессивнее земных. В первый же день снайперам пришлось отбиваться от стаи каких-то тварей, похожих на гибрид кабана и гиены, которые решили, что два человека в камуфляже лёгкая добыча. Но результат стоил того.