Книга Перекрестки миров. Том 1, страница 61 – Джек из тени

Это был уже не тот бой на дистанции, что в городе. Здесь всё решали сантиметры и доли секунды. Ушастый с мечом бросился на Сорокина, но майор всадил ему в живот короткую очередь из «Калаша». Ушастый согнулся пополам, выронил меч и рухнул на колени, пытаясь зажать руками раны.

Рядом молодой лейтенант из мотострелков отбивался от двух толкинистов прикладом. Патроны в магазине кончились в самый неподходящий момент. Он блокировал удар копья, но второй эльф уже заносил клинок ему в бок. Выстрелы со стороны были не особо слышны, зато ушастого сдуло очередью. Бойцы Корнева прикрывали фланг, заняв удобные позиции.

Стрелки, не жалея патронов, создали вокруг перепуганных женщин зону безопасности, отгоняя толкинистов, которые, как бешеные осы, пытались прорваться к своей добыче. Пули выкашивали атакующих рядами. Холодное оружие было бесполезно против шквала свинца. Даже их магия здесь не спасала. В этой суматохе, когда цели противники смешивались с союзниками, у магов просто не было времени и возможности сконцентрироваться для сотворения сложного заклинания. Любая попытка создать щит или метнуть огненный шар заканчивалась обрывом плетения или пулей в тело.

Тем временем танки Романовского и инженерные машины продолжали методично перепахивать лагерь. Это была уже не битва, а планомерная зачистка. ИМРы, с их огромными ковшами, работали как гигантские бульдозеры, засыпая землёй и обломками палаток очаги сопротивления. Танки, развернувшись в линию, вели огонь прямой наводкой по любым крупным скоплениям противника.

И это работало. Толкинисты, поняв, что их уютный тыловой лагерь превратился в филиал ада, начали отступать. Но отступали уже не хаотично. Офицеры, выкрикивая команды, собирали уцелевших бойцов и отводили вглубь лагеря, к большому шатру, раскинувшемуся на небольшом возвышении. Там, под развевающимся знаменем с изображением какой-то витиеватой серебряной загогулины, оборона толкинистов начала спешно консолидироваться.

Центром этого нового защитного построения стал богато разодетый тип. Дядя стоял на ступенях шатра, и от него исходило едва заметное, но мощное ощущение силы. На ушастом не было тяжёлой брони, лишь длинный, расшитый серебром тёмно-синий халат. Длинные, почти белые волосы собраны в сложную косу, а на высоком, аристократическом лбу виднелась натуральная диадема, в которой горел, пульсируя, крупный сапфир.

— Это их главный, по ходу! Ты глянь, какая красна девица! И звезда во лбу горит! — произнес Романовский. — Саня, видишь этого хмыря в халате? Давай по нему!

Но как только ствол танковой пушки начал менять положение, нацеливаясь на эльфийского командира, тот вскинул обе руки и воздух перед ним взорвался светом.

Огромный, полупрозрачный купол, переливающийся всеми оттенками синего и фиолетового, развернулся над позициями толкинистов, накрывая собой и шатёр, и несколько сотен стрелков, которые успели занять позиции за магом.

Осколочно-фугасный снаряд, выпущенный из танка Романовского, врезался в барьер. Раздался гулкий удар, похожий на звон гигантского колокола. Щит выгнулся внутрь, по нему прошла мощная судорога, но он выдержал.

— Твою ж… — только и смог выдохнуть Романовский. — Давай еще раз!

За этой, казалось бы, непробиваемой защитой, сотни эльфийских лучников, как по команде, подняли свои луки. Наконечники их стрел вспыхнули знакомым бирюзовым светом. Сотни светящихся стрел одновременно сорвались с тетивы и смертоносной стаей устремились к позициям армейцев. Зрелище было завораживающим в своей жуткой красоте. Небо на мгновение посветлело, заслонённое этим роем светлячков смерти.