Книга Паровая кровь, страница 119 – Джек из тени, Марк Блейн

Я нашёл Брунгильду у литейной ямы. Она стояла, уперев руки в бока, и орала на бригаду гномов, которые пытались установить новую, наспех сделанную литейную форму для ствола мортиры. Её лицо, перепачканное сажей, было багровым от ярости и жара печи.

— Да не так, вы, бородатые недоумки! — ревела она, перекрывая грохот цеха. — Угол! Угол наклона, мать вашу! Ещё один градус, и у нас будет не ствол, а кривая чугунная сосиска! А если она рванёт при первом же выстреле, я лично запихаю вам эти осколки в ваши…

— Брунгильда! — рявкнул я, подходя ближе. — Статус?

Она обернулась, её единственный глаз сверкнул.

— Статус? Статус — полный бардак, вот какой статус! — она ткнула мозолистым пальцем в сторону формы. — Это третья форма за два дня! Они трескаются после второй заливки! Сталь, которую мы используем, полное дерьмо! Мы переплавляем всё подряд: трофейные эльфийские щиты, старые плуги, решётки из окон аристократов, которые твои орки выломали прошлой ночью! В ней куча примесей, она остывает неравномерно, её ведёт! Чтобы сделать один нормальный ствол, мне приходится отбраковывать три!

— Сколько у нас готовых? — спросил я, игнорируя её тираду.

— Два! — выплюнула она. — Два уродливых, кособоких выродка, которых я бы в мирное время не позволила использовать даже в качестве столба для забора! А нам ты заказал десять! Десять, Михаил! За двенадцать дней! И сотни снарядов к ним! Ты хоть представляешь, что ты просишь⁈ Это невозможно!

— Мне плевать, — мой голос был спокоен, и от этого спокойствия она, кажется, разозлилась ещё больше. — Мне плевать, что это невозможно. Мне плевать, что сталь дерьмо, а формы трескаются. Найди решение, используй другие присадки. Меняй технологию охлаждения. Отливай стволы с более толстыми стенками, пусть они будут тяжелее, мы найдём способ их таскать. Но через десять дней у меня на полигоне должны стоять десять рабочих мортир. Иначе можешь начинать плавить из этого дерьма надгробные плиты для нас всех.

Я не стал ждать её ответа. Я знал, она справится. Потому что у неё, как и у меня, не было другого выбора.

Я пошёл дальше, в цех, где делали снаряды. Здесь было ещё громче и грязнее. Орки, под командованием одного из моих сержантов, работали на тяжёлых паровых прессах, штампуя чугунные «стаканы» для будущих ядер. Работа была тупой, монотонной и опасной. Раскалённый металл, шипящий пар, грохот, от которого закладывало уши.

Внезапно один из прессов издал страшный, скрежещущий звук, и из-под него с шипением вырвалась струя перегретого пара. Орк, работавший на нём, молодой, ещё почти без шрамов, с воплем отскочил, прижимая к себе обожжённую руку. Его товарищи замерли, с опаской глядя на шипящий механизм. Простой, задержка на пять минут, но в нашей гонке эти пять минут могли стоить сотен жизней.

Я подскочил к прессу.

— Назад! — рявкнул я на столпившихся орков. — Урсула!

Она возникла рядом, как из-под земли, с огромным гаечным ключом в руке.

— Прокладку сорвало, — коротко бросил я, указывая на место утечки. — Перекрывай пар, живо!

Пока она с натугой крутила заклинивший вентиль, я схватил со стеллажа кусок асбестовой ткани и, обмотав руки, полез в самое пекло. Паром обожгло лицо, но я, матерясь сквозь зубы, нащупал повреждённый фланец.

— Давай!