Книга Воздушная кавалерия. Том 8, страница 87 – Джек из тени

Ратманов, не обращая внимания на присутствие монарха, тут же подскочил к стазис-капсуле.

— Потрясающе! — воскликнул он, разглядывая показания приборов. — Какая компактная и эффективная система! Наша стационарная капсула в госпитале занимает целую комнату и потребляет энергии, как небольшой завод! А эта… эта же просто чудо инженерной мысли!

— Кирилл создал десяток таких для своих гвардейцев, — с горькой усмешкой ответила Елена. — На случай тяжелых ранений в полевых условиях. Ирония судьбы, что он стал первым пациентом своего же детища.

— Простите меня, милочка, я не хотел… — стушевался старый врач.

— Я вас прекрасно понимаю, — слабо улыбнулась Елена. — Здесь, на этой верфи, мы все до сих пор каждый день удивляемся чему-то новому.

Император молча подошел к капсуле. Он долго смотрел на бледное, неподвижное лицо Кирилла. На этого простого мальчишку, не имевшего ни капли голубой крови, который за какой-то год перевернул весь уклад Империи, спас его сына и, возможно, его трон.

К нему подошел майор Волков и что-то тихо сказал ему на ухо, протянув свой коммуникатор. Император взял аппарат, посмотрел на экран, и его лицо стало жестким. Он отошел в сторону и набрал номер.

— Здравствуй, Петя, — нарочито негромко, почти ласково, произнес Николай Александрович в трубку. — Это я…

На том конце, очевидно, раздались испуганные приветствия.

— Да, да, и тебе не хворать, — продолжил Император. — Говорят, к тебе сегодня от имени Баронессы Строгановой обращались. С небольшой просьбой. А ты… как бы это помягче сказать… послал ее. Нехорошо как-то, Петя. Очень нехорошо.

На том конце, видимо, начали лепетать какие-то оправдания.

— Тридцать килограмм? — продолжал Император, делая вид, что удивлен. — Да ты что! И все за деньги, наверное? Даже не в долг? Нет? За очень большие деньги, я слышал? И ты после этого ломаешься, как институтка на первом балу?

Император сделал паузу, слушая ответ.

— Угрожала? — он с лукавой ухмылкой посмотрел на Елену, которая от этих слов густо покраснела и опустила глаза в пол. — Чем же? Говорит, что лично башку прострелит? Какая пылкая девушка!

Он снова замолчал, а затем его голос стал задумчивым и очень тихим.

— А ты знаешь что, Петя… Я вот тут подумал. За те деньги, что она тебе предложила… Если бы я был чуточку беднее, я бы, наверное, и сам тебя голыми руками удавил. Да, вот прямо так. За жадность и за глупость. И за такие деньги, да да…

На том конце провода, похоже, все поняли.

— Вот и хорошо, что ты все понял, — удовлетворенно кивнул Император. — Значит, так. Через час курьер от баронессы будет у тебя на складе. И если, не дай Бог, Пыль будет не того качества или не из одной партии… Петя, ты же знаешь, я человек не злой. Но нервный. Очень… Ну, бывай. Не кашляй. И жду тебя и всю вашу медицинскую мафию завтра у себя. В девять утра. Без опозданий. Будем долго и обстоятельно говорить на тему, что дети за отцов, конечно, не отвечают. Но вот отцы за свои грехи — очень даже.

Император закончил разговор и положил коммуникатор в карман. Затем подошел к Елене.

— Уверен, с вашим мужем все будет хорошо, баронесса, — сказал он, и его взгляд был на удивление теплым. — У него есть то, ради чего стоит жить.

Он окинул Елену долгим, оценивающим взглядом с ног до головы.