Книга Воздушная кавалерия. Том 8, страница 90 – Джек из тени

Они гуляли. Как обычно, в пятницу, вся верхушка михеевской «братвы» собралась в своем любимом ресторане, чтобы отметить очередную удачную сделку. Музыка, танцовщицы, реки шампанского, хохочущие девицы на коленях. А потом в зал начали спокойно, без суеты, входить «гастролеры». Так их потом, в те несколько минут ада, что последовали за их появлением, успел окрестить кто-то из своих. Десяток человек в неприметной одежде, с лицами, которые невозможно было запомнить. Они не сказали ни слова. Просто достали стволы и начали стрелять.

Они работали быстро и методично. Короткие очереди из незнакомого автоматического оружия, которое издавало сухой, злой треск, выкашивали ряды братвы, не привыкшей к такому противодействию. У михеевских парней, как и у всех в городе, из серьезного оружия были только короткостволы, носить с собой по городу что-то более серьезное считалось дурным тоном. Гости города об этом явно были не в курсе. Двое из них, как потом поняли выжившие, были Кинетиками. Они просто стояли по бокам, выставив перед собой полупрозрачные, мерцающие барьеры, в которые с глухими стуком врезались пули, не причиняя атакующим ни малейшего вреда. А остальные просто расстреливали ошалевших бандитов, как в тире.

Михея, их босса, даже не застрелили. Его раненым, но еще живого, подтащили к огромной хрустальной люстре в центре зала, перекинули через нее веревку и повесили, оставив дергаться в предсмертных конвульсиях на потеху убийцам и на ужас тем, кто еще был жив. Остальных просто добивали на месте выстрелами в голову. Безжалостно и эффективно.

Троим удалось выжить лишь чудом. Васька, получив пулю в бок, упал под стол и притворился мертвым. Петруха и Колян, сидевшие у запасного выхода, смогли выскочить на кухню, а оттуда во двор. Теперь они бежали, не разбирая дороги, пытаясь оторваться от погони, которой, возможно, и не было, но животный страх гнал их вперед, заставляя снова и снова оглядываться в темноту.

— Сюда! — прохрипел Васька, сворачивая в узкий, заваленный мусором проход между двумя деревянными бараками. — Здесь срежем!

Они остановились, пытаясь перевести дух. Сердца колотились, как пойманные в клетку птицы.

— Что это было, мужики? — прошептал Петруха, его лицо было мокрым от пота и слез. — Кто это? За что?

— Конкуренты, — выдавил из себя Колян, перезаряжая свой револьвер дрожащими руками. — Кто-то решил подмять под себя город.

— Какие, к черту, конкуренты⁈ — взвизгнул Петруха. — У нас в Сибири так не работают! Это… это какие-то отморозки! Беспредельщики!

— Надо связаться с шефом! — Васька, морщась от боли, достал из кармана коммуникатор. Не с Михеем, разумеется, который уже болтался в петле, а с тем, кто стоял над Михеем. С настоящим хозяином, который и дергал за все ниточки, находясь где-то далеко, в столице. — Он должен знать! Он пришлет людей! Он их всех…

Он лихорадочно набрал номер. Пошли длинные гудки. Наконец, на том конце ответили.

— Слушаю, — раздался в динамике спокойный, с легким, едва уловимым иностранным акцентом, голос.

— Шеф! Это Хромой! — задыхаясь, заговорил Василий. — У нас тут… нас всех… Михея…

Он говорил быстро, сбивчиво, захлебываясь словами. Он не видел, как в дальнем конце переулка, в тени, от стены отделилась фигура. Не видел, как она бесшумно, как кошка, начала приближаться к ним.