Онлайн книга «Помещица»
|
В простом, но идеально чистом платье, с волосами, убранными под косынку, она двигалась по палатам с деловитой уверенностью, отдавая короткие, ясные распоряжения. Вокруг неё уже суетились две местные девушки, с благоговением ловившие каждое её слово. Сама Агафья, верная своему укладу, осталась в своей лесной усадьбе, но стала главным поставщиком лечебных трав. Она ворчала на «чудные аринины порядки» и «бумажки, в которых всё расписано», но каждый день исправно присылала с мальчишкой корзины с нужными сборами. Рядом с возрождённым госпиталем выросло и здание новой школы. Моя затея с обучением детей в одном из флигелей поместья быстро исчерпала себя, перестало хватать места. Поэтому Михаил, выбив из казны средства, распорядился отремонтировать в городе старое школьное здание. Теперь там за партами сидели не только мои первые ученики из окрестных деревень, но и дети переселенцев, говорившие с разными акцентами и смотревшие на меня с настороженным любопытством. Они хлынули к нам, как весенний ручей. Сначала робко, поодиночке, а потом целыми потоками. Слухи о безопасной земле, о щедрой руке нового губернатора и о «княжне-чудеснице» летели быстрее любой птицы Филина. Первыми приехали молодые маги из столичной Академии. Трое юношей и одна девушка, самоуверенные, одетые по последней моде, они смотрели на меня и на моё Дерево со смесью скепсиса и жгучего интереса. Родовая магия, которую они считали пережитком прошлого, вдруг оказалась силой, способной закрыть Разлом. Их профессора, не в силах объяснить феномен, отправили их «на практику». Я не знала, чему их учить, просто позволяла быть рядом, чувствовать землю, наблюдать за тем, как я ухаживаю за Деревьями Первого Сада и как расцветает мой лунный лён. Следом за магами потянулись купцы. Они, как коршуны, чуяли запах выгоды за версту. Безопасный путь на север, который раньше был закрыт из-за угрозы Разлома, сулил баснословные прибыли. Михаил принимал их в своём временном кабинете, расстелив на столе огромные карты. Я слышала его уверенный голос, обсуждавший пошлины, охрану караванов и строительство новых постоялых дворов. «Чёрный ручей» становился отправной точкой нового торгового пути. А потом поехали семьи. Простые люди, потерявшие всё на разорённых войной южных землях или просто искавшие лучшей доли. Они ехали на скрипучих телегах, нагруженных скудным скарбом, ведя за собой то тощую корову, то козы, а кто-то гнал перед собой нескольких баранов. В их глазах была усталость и упрямая надежда. Я встречала каждую семью, смотрела в их лица, слушала их истории. Сердце моё сжималось от сочувствия, но я знала, что жалость им не поможет. Им нужна земля и работа. Михаил, с его талантом организатора, уже разметил участки для новых деревень Ясной, Тихой, Родниковой. Мы прокладывали к ним дороги, рыли колодцы. Моё поместье делилось всем, что имело: зерном на посев, скотом на развод, лесом на постройку. Только Тихон ходил чернее тучи, да Лукерья опасливо наблюдала за новыми людьми, дабы не навредили они дому. — Проходной двор устроили, княжна, — ворчал он, проходя мимо очередной группы переселенцев, разбивших временный лагерь у ручья. — Топчут всё, шумят, никакого почтения! Раньше тишина была, благодать… Но вечером, когда я возвращалась в дом, я увидела, как он, оглядываясь, незаметно подсунул под порог временного шалаша, где спала семья с маленькими детьми, маленький оберег из резной кости. Я улыбнулась, даже сердце старого ворчуна оттаяло. |