Книга Рыцарь и мотылек, страница 140 – Рейчел Гиллиг

Рыцари опустили забрала, защищая глаза от яростных взмахов узловатых ветвей би́рке, и бросились в бой против десятков нападающих чудовищ.

Впереди всех была Мод.

— Не показывайте им глаза! – заорала она, размахивая топором под тошнотворный звук рассекаемой плоти и брызги крови. И снова раздались крики.

Кричала Хелена Айхель. Держа в руках колокольчик Верной Лесничей, она стояла на помосте и смотрела на исполина-би́рке. Бенджи рядом с ней был так беспомощен, что не мог даже поднять голову – от страха или от праздноцвета. Он дрожал, а Хелена вопила.

Огромное дерево склонилось к ним. Моргнуло десятками своих глаз и протянуло вперед ветви-конечности. Затем бледная поверхность его плоти раскрылась – посреди ствола-туловища би́рке разверзлась широкая дыра. Внутри не оказалось ни зубов, ни языка, лишь темный, безгубый рот и еще больше глаз.

Мы с горгульей отчаянно помчались вперед, я крепко сжимала молоток и резец.

— Бенджи! – крикнула я. – Бенджи, шевелись!

Тот поднял голову, уставился прямо в темную пасть би́рке и замер. Дерево жутко заскрежетало, король зажмурился, задрожал…

И исчез.

Вместо него руки-ветки сомкнули свои пальцы вокруг Хелены Айхель, колокольчик Верной Лесничей выпал и зацепился за одну из ветвей чудовища. Оно подняло кричащую Хелену в воздух. Подтащило к своему широкому, зияющему рту…

И проглотило целиком.

Бенджи возник поодаль – его крепко сжимал в объятиях Рори. Из рядов других рыцарей, что сражались с би́рке, выскочили Хамельн и Дедрик Ланге; Рори передал им короля. Они поспешили прочь из низины и вскоре скрылись в дыму, а Рори вновь исчез и миг спустя появился на помосте.

Он довольно быстро нашел меня даже в царящей вокруг кутерьме; темные глаза Рори смотрели с таким отчаянием, что сердце замирало.

Я бросилась к нему.

Рори обнял меня за талию, сжал так сильно, что перехватило дыхание. Я повернулась к би́рке.

— Нам нужно забрать колокольчик.

Рори взвесил монету на ладони.

— Слишком высоко, не достану. – Он перевернул ее шершавой стороной вверх, но не бросил, а сказал сдавленно: – Я не хочу его убивать.

— Почему?

— Они голодают. Все спрайты. Рыцари в этом уверены. Даже Мод. – Он в смятении нахмурился. – Голод – это медленная пытка, которая сводит с ума. Если спрайты и стали чудовищами, то потому, что мы сами их такими сотворили.

Позади нас бушевала битва. Би́рке размахивали ветвями, отгоняя рыцарей, раскрывали пасти и ревели, но воины с мечами в руках были куда проворнее. Они рубили спрайтов, и би́рке вопили, издавая жалобные звуки, от которых пробирало холодом. Несколько берез упали – остальные отступили.

Рыцари снова бросились в атаку.

Колокольчик Верной Лесничей все еще висел высоко среди ветвей би́рке-исполина. Тот развернулся, заслышав вблизи лязг мечей, и пошагал в сторону рыцарей.

Нетопырь протяжно вздохнул.

— Что ж, если вам так претит насилие, – его голос звучал сухо, но пальцы на лапах предательски подрагивали от возбуждения, – можете попросить меня стать вашим голубем мира.

Мы с Рори повернулись к нему.

— Ты хочешь полетать?

— Поглядим, куда косая выведет! – Он обхватил меня за пояс, оскалился в улыбке и оттолкнулся от земли крепкими лапами. Крылья расправились, разгоняя дым. Я его держала за шею, а он меня – за талию, и вот мы уже парили в воздухе.