Книга Рыцарь и мотылек, страница 138 – Рейчел Гиллиг

Я вспомнила Четвертую, которая также делилась с нами праздноцветом в ту ночь на Ярмарке Коулсона. Как она рассказывала нам, что за жизнь ждет нас вдали от холма, и мы переносились в будущее. Как я в мягком облаке дыма обещала ей мир, где мы всегда будем вместе.

Как, сама того не желая, я солгала.

Хамельн тоже держал ветку праздноцвета. Втянул дым ноздрями, затем повернулся ко мне.

— Глубоко вдохни. Тебе понравится.

Я покачала головой.

Он положил руку мне на плечо.

— Давай же, Провидица. Будь опять бесподобной, будь грозной, – сказал он, повторяя собственные слова, что говорил в прошлый раз между поцелуями. Он втянул еще дыма в ноздри, склонился ко мне. Прошептал:

— Он – темная лошадка, что держит тебя под боком.

Хамельн попытался выдохнуть дым мне в рот, почти коснувшись моих губ своими губами.

Я оттолкнула его. С силой.

Он пошатнулся, выбитый из равновесия праздноцветом – и тем, что Провидица опять его отвергла. Поднял на меня безжизненный взгляд. Снова шагнул ко мне.

Но тут его грубо остановили.

Рори крепко взял своего собрата-рыцаря за лицо. Обхватил щеки Хамельна и резко их сжал. Хамельн выкашлял дым, а Рори усмехнулся ему и выбил у него ветку из пальцев.

— Не вздумай снова ее коснуться.

Хамельн посмотрел на Рори, на меня, потом на Бенджи в отдалении, словно умоляя короля приструнить его рыцаря. Но Бенджи стоял на коленях на постаменте и раскачивался с закрытыми глазами, так что у Хамельна остался лишь один выход: отступить.

Рори отпустил его, и он растворился в дыму, скрывшись в глубине низины.

Я подалась ближе к Рори.

— Это колокольчик Верной Лесничей, – сказала я. – Когда он звонил, твой разум… ты…

Рори поймал мою руку и притянул меня к себе.

— Да. – Он поморщился от дыма. – Праздноцвет не помогает. А может, от него только хуже. Когда вокруг столько дыма, никто не заподозрит, что мысли путает магический колокольчик.

Рори потянулся к поясу, достал небольшой нож, затем отрезал от края своей туники две полоски. Одну прижал к лицу, закрыв нос и рот, а другую протянул мне.

— Это поможет от праздноцвета. А вот насчет колокольчика…

Внезапно рядом оказались Мод и горгулья, их голоса эхо разносило вокруг. Мод кивнула в сторону помоста:

— Нужно стащить колокольчик у Хелены Айхель, пока остальные увлечены церемонией…

Но тут снова раздался мелодичный звон.

Мир поплыл.

Мои мысли беспомощно трепетали, словно маргаритка на ветру. Внезапно я вновь стала девочкой в соборе Ашлина с родниковой водой на губах. Рядом была матушка, она обнимала меня, отводила волосы с глаз и завязывала покров.

— Тише, тише, – бормотала она. – Теперь у тебя все наладится, сиротка. Уснуть – значит, наконец проснуться. Ведь мечи и доспехи ничто перед камнем.

Перезвон умолк, и зрение прояснилось.

На помосте рядом с Бенджи стояла Хелена Айхель; закатив глаза, она поглаживала колокольчик Верной Лесничей.

— Он пришел из низины, этот звон, – провозгласила она в дымную мглу. – Дар Вещих богов, как и золото, что мы находили все эти годы. Да, да – дар Лесничей, ибо всякий раз, когда я бью по колокольчику, я переношусь сквозь время и пространство. Охваченная блаженством и мукой, как и подобает верным последователям.

Старейшины в желтых плащах сошли с возвышения и медленно направились в глубь леса, огибая деревья.