Книга Потерянный континент, страница 61 – Арслан Мударисов

Пробная битва окончилась серьёзными потерями с обеих сторон, около трёх сотен убитыми с нашей стороны и человек на пятьдесят меньше со стороны противника, остальных умело спасали целители, которые могли вернуть даже отрубленные конечности, «мне ли не знать». Потом была ещё битва, после неё следующая, силы были примерно равны, мы защищали свои рубежи, враг пытался прорваться, но тщетно.

Столкновения случились и на других участках фронта, и практически везде крестьяне терпели фиаско, сохранить силы удалось только за счёт регулярных частей Санктуса, которые прикрывали отход повстанческих войск, а точнее, их откровенное бегство. В общем, без меня у ребят не получалось так хорошо драться.

— Такими темпами мы скоро потерям границу. — Возмущался сэр Пертинакс. — Неужели в этих трусах нет ни капли мужского?

— Они простые работяги, не ждите от них многого. То, что крестьяне восстали — уже подвиг. — Словно оправдываясь, смотря в пол, говорил покрасневший Лютый.

— Да, они дерутся, только когда их любимый освободитель рядом. — Сплюнул на пол Пертинакс.

«Эээ, вообще-то, я тут, как бы», — подумал я, но сказал следующее.

— Но увы, разорваться и вдохновлять всех сразу я не могу.

— Твои короткие поездки вдоль линии фронта не дают нужного эффекта, да и здесь в центре ты нужен сильнее всего. — Подытожил глава партизан. — Есть идеи, господа? Предлагайте!

— Из Санктуса больше не будет подкрепления? — С надеждой спросил Лютый.

— Нет. Они ещё и у нас людей просят, а где мы их им возьмём? — Ударив по столу, с отчаянием в голосе выкрикнул Пертинакс. — Дела наши хуже некуда.

И тут меня осенило. Почему-то на ум пришёл концерт «Ласкового мая», который одновременно мог проходить в нескольких городах страны.

— А если мы дадим каждой армии по Освободителю?

Весь генералитет посмотрел на меня как на идиота.

— Вы открыли какое-то доселе неизвестное науке заклинание, которое вас размножит, полагаю? — Скептически поинтересовался главный Наксовец.

— Нет, всё проще, люди видели меня в этом доспехе, давайте оденем в такой же ещё 8 воинов моего телосложения, и пусть они отыгрывают Освободителя.

— Но это же обман, который нам не простят. — Заметил один из членов генштаба.

— Так мы и не будем ничего говорить, пусть люди сами додумывают. Выставим к каждому двойнику охрану и пустим слух, что приехал Освободитель. А сам актёр пусть гордо молчит.

— Это может сработать! — Воодушевился Магнус. С Лютым все согласились, молча кивая.

Так мы провернули аферу, размножив символ повстанческой армии, то бишь меня любимого. И это дало свои результаты, крестьяне перестали показывать спину, и ситуация наконец выровнялась. Мы наконец перестали проигрывать, но и контратаковать позволить себе не могли. Со временем бывшие крестьяне набирались боевого опыта, становясь полноценной армией, которая могла драться уже без поддержки регулярных сил Санктуса.

В общем, мы плотно окопались на границе, поддерживаемые раздираемой с разных сторон империей. Пока в один из дней не пришла новость, которая нас деморализовала, и это мягко говоря. Осаждённая столица Санктуса Фиделис пала, из-за предательства одного военачальника, открывшего потайной ход врагам. Что случилось с молодым императором, пока было неясно. В чудеса никто не верил, потому молодого монарха уже заочно похоронили. На сэра Пертинакса было больно смотреть, его словно бы лишили души, из всегда заряженного энергией вояки он превратился в серую тень самого себя, потеряв волю к сопротивлению. Удалой командир партизан лишь повторял.