Книга Исповедь смертного греха 5, страница 53 – Макс Вальтер

Если он не исчезнет сам, ему помогут исчезнуть.

Значит, нужна новая внешность. Хирург, способный переделать лицо и не задавать лишних вопросов. Новая личность с прошитой биографией, которая выдержит проверку в космопорте. И за всё это придётся хорошо заплатить. Вот только с деньгами всё складывалось скверно.

Он прикинул в уме то, сколько успел накопить за двадцать лет службы. Цифра выходила приличной для человека его должности и совершенно смешной для того, что ему требовалось. Полная смена личности стоит как хороший флайер, и это если брать по нижней границе, у тех, кто работает грязно. За качество платят втрое.

Но даже те деньги, что у него имелись и могли пойти на первоначальный взнос, сейчас были ему недоступны.

Любое касание чипом платёжного терминала оставляет след, который читается в реальном времени. Чип вшит под кожу и привязан к личности намертво, а личность с этого часа под колпаком. Одна оплата — и через двадцать минут за ним приедут.

То есть у него были деньги, которых не хватает, и которыми он не может воспользоваться.

Чесалин снова усмехнулся. За двадцать лет работы он видел немало людей, загнанных в угол, и сейчас с интересом отметил, что изнутри это ощущается совсем не так, как со стороны.

Все эти размышления заняли у него пару секунд. Делать здесь больше было нечего.

Он прикрыл за собой дверь, спустился на первый этаж и прошёл через холл ровным шагом, не глядя по сторонам и не ускоряясь. Администратор что-то сказал ему вслед, кажется, про неисправность на этаже, но следователь уже вышел на улицу.

Перекрёсток встретил его солнцем.

Настоящим, жёлтым, тёплым, от которого он успел отвыкнуть за годы работы в вечных сумерках Норд-Прайма. Небо здесь было голубым, невероятной глубины, с редкими облаками, которые лениво ползли к горизонту. Пахло цветущей зеленью и уличной едой.

Город жил своей жизнью, и ему было совершенно плевать на проблемы одного человека. Над головой в несколько слоёв шёл поток флайеров, и от их винтов по фасадам гуляли блики. Высотки вздымались к небу гигантскими кристаллами, отражая солнце тысячами зеркальных плоскостей. Между ними, на уровне тридцатых этажей, тянулись воздушные переходы, по которым сновали крохотные фигурки людей. На крышах зеленели настоящие сады.

Перекрёсток был планетой без хозяина.

Формально ей владели все корпорации сразу и одновременно никто. Тот же статус, что у Земли. Именно поэтому здесь располагались представительства всех, кто хоть что-то значил в объединённых галактиках, и именно поэтому сюда слетались посредники, контрабандисты и люди, которым нужно было встретиться так, чтобы встреча официально не состоялась.

Все это знали. И все закрывали глаза, потому что рано или поздно каждой корпорации требовалось место, где действуют не её законы.

Чесалин прилетел сюда неделю назад по делу. Побеседовать с Бахиным, потом с Перфильевым. Оба разговора он провёл, и каждый из них закончился не так, как того хотелось. Но оба — предсказуемо.

Он поднял воротник пиджака и пошёл вдоль улицы, вливаясь в человеческий поток.

Идти было некуда. В гостиницу возвращаться нельзя. В космопорт тем более: любая регистрация на рейс — это сканирование чипа и лицо в базе. Значит, оставалось одно: найти тех, кому он нужен живым.