Книга На краю Земли, страница 121 – Сергей Измайлов, Сергей Хардин

— Какие именно?

— Где что сеяли, какие поля пахали, где сенокосы были. Может, старые дороги отмечены.

Староста надолго задумался, беззвучно шевеля губами, словно перебирал в памяти все сундуки и кладовые.

— Было что-то, в амбаре сундук стоит. Ещё прадедовский, — Яков почесал затылок. — Там и бумаги старые лежат, и береста какая-то. Только всё ветхое: руками тронешь — развалится.

— Значит, руками будем трогать осторожно, — решил я, потом поднялся и отряхнул ладони. — И это теперь важная задача.

— Прямо сейчас? — уточнил Яков, уже прикидывая, сколько дел придётся переставить.

— Нет, сейчас у тебя и без того работы хватает. Но вечером достанем сундук и посмотрим. — Я указал на поле. — Мне нужно понять, какие земли раньше использовали, где была пашня, где сенокос, а где что-то росло лучше обычного.

— А зачем старые записи, если мы и сами много чего помним?

— Потому что человеческая память любит приукрашивать, — ответил я с лёгкой усмешкой. — Особенно когда речь идёт о том, как хорошо было раньше.

— Тут вы правы, — ухмыльнулся Яков.

— А ещё там могут быть старые дороги, колодцы и прочие полезные вещи.

На слове «дороги» я невольно вспомнил северо-восточную линию и заставу, но почти сразу заставил себя отбросить эту мысль. Всему своё время.

— В этом году далеко распахиваться не будем, — продолжил я. — Сначала ближние участки.

— А если земля дальше оживёт?

— Вот когда оживёт, тогда и расширимся, — сказал я и снова повернулся к Якову. — Нам сейчас важнее обработать меньше земли нормально, чем разбросаться на всё и ничего не успеть. Новые посевы будут расходиться от центра кольцами, — добавил я, показывая рукой от церкви к дальним полям. — Сначала то, что ближе к устойчивой зоне Камня, потом дальше, если состояние земли позволит.

Я снова посмотрел на поле. Система уже несколько раз показывала одно и то же: Камень не создавал урожай из пустоты, он поддерживал жизнь, подавлял распространение Мицелия и создавал условия для восстановления, но дальше всё равно требовались земля, семена, вода и человеческие руки.

* * *

Обход закончили только ближе к обеду. Я остановился у своего дома и повернулся к Якову.

— Пока всё выглядит лучше, чем неделю назад, — сказал я, стараясь не позволить осторожному оптимизму превратиться в самоуверенность. — Но расслабляться не будем.

Староста посерьёзнел и приготовился слушать дальнейшие распоряжения.

— Зайди к Прохору. Узнай, что ему нужно для аптекарского огорода. И напомни: вечером смотрим старый сундук с записями.

— Сделаю, ваше сиятельство.

Яков развернулся и зашагал к дому зельевара, а я отправился перекусить. На сегодня дел оставалось столько, что даже смотреть на их мысленный список не хотелось.

* * *

После обеда первым делом вернулся к складу. Яков ещё не успел вернуться от Прохора, зато возле амбара обнаружился Федот.

— Иди сюда, — позвал я. Мужчина подошёл, вытирая ладони о штаны. — Сколько у нас сейчас посевного зерна отдельно лежит?

Федот задумался, нахмурив брови.

— Точно Яков скажет.

— Ну хоть примерно?

Он назвал цифру, и я некоторое время прикидывал её в уме.

— Так. Здесь надо разделить. Продовольственный запас отдельно, — объяснил я, загибая палец. — Семенной фонд отдельно, и его вообще не трогать без отдельного решения. И аварийный резерв.