Книга Разорённая леди. Хозяйка пограничного двора, страница 91 – Лила Синклер

— Это плохая идея, генерал, — сказала она, намеренно возвращая ему его же коронную фразу, — которую вы уже, кажется, не раз пробовали.

— Единственная плохая идея, которую я пробовал многократно, — сказал он, и голос его опустился на полтона ниже обычной ровности, — это уходить отсюда, когда мне хотелось остаться. Сегодня я решил её больше не повторять.

* * *

Дарен поднялся первым и задел коленом стол. Чернильница качнулась. Лиора успела поймать её обеими руками; когда поставила обратно, он был уже рядом.

Первый поцелуй можно было списать на долгую ночь, страх и коробку с уликами между ними. Для второго оправдания не нашлось.

Дарен коснулся её лица. Ладонь была шершавой и всё ещё пахла дымом; у большого пальца чернела въевшаяся полоса золы. Он остановился.

— Скажите, если я ошибаюсь, — сказал он тихо.

— Вы никогда так долго не ошибались, — ответила Лиора, и это было последнее, что кто-то из них сказал вслух перед тем, как расстояние исчезло совсем.

Поцелуй вышел неловким: край стола мешал, Лиора наступила Дарену на сапог, а он тихо выдохнул ей в волосы что-то совсем не генеральское. Отстранились, посмотрели друг на друга — и попробовали ещё раз, уже не торопясь.

Свеча догорела чуть ниже, бросая на стену длинные, дрожащие тени; за окном канцелярии было по-прежнему темно и тихо, если не считать редких шагов ночного патруля — того самого, что они вдвоём согласовали ещё несколько часов назад, в другой, деловой части того же вечера.

Когда они отстранились, Дарен провёл большим пальцем по её щеке и оставил серый след.

— Не двигайтесь, — сказал он.

— Это ещё зачем?

Он показал ей испачканный палец. Лиора потянулась к платку, но тот лежал на дальнем краю стола. Дарен достал свой — чистый только по названию, с обожжённым уголком после пожара.

— Если этим вы собираетесь исправить положение, лучше не надо.

— Разумное замечание.

Платок он убрал. Лиора коснулась щеки рукавом и увидела на ткани длинную серую полосу.

— Прекрасно. Теперь испорчены и лицо, и платье.

— Платье пострадало ещё у склада.

— Не разрушайте обвинение фактами, генерал.

— Это, — произнёс он с редкой для него неуверенностью в голосе, — было решение, а не порыв. Я хочу, чтобы вы это знали.

— Знаю, — сказала она. — Я приняла то же самое решение примерно тогда же, когда начала рассказывать вам о руках, которые не знают, куда деваться.

Он тихо рассмеялся и потянулся стереть копоть с её щеки. Размазал сильнее.

— Тогда у нас, кажется, — сказал он, — совпадение показаний. Редкая вещь в расследовании.

На дворе пробили половину первого. Дарен вздрогнул и посмотрел на часы с явным возмущением человека, чей прямой приказ только что нарушили.

— Завтра вы будете утверждать, что ушли вовремя? — спросила Лиора.

— Завтра я буду утверждать только то, что можно подтвердить журналом ворот.

— Мина велела записывать время до минуты.

— Тогда моё безупречное имя погибло.

Он всё же надел плащ. Подол собрал с пола пыль, а пряжка дважды не попала в застёжку. Лиора отвернулась к свече, чтобы не помогать ему и не улыбаться слишком явно.

* * *

Дарен ушёл, когда свеча начала захлёбываться в собственном воске. У двери они ещё раз сказали друг другу «до завтра», потом одновременно попытались добавить что-то ещё и оба замолчали. Он всё-таки вышел.