Онлайн книга «Все дороги ведут в Реймс»
|
— Именно так, граф. — Хорошо. Ждите от меня посыльного, который передаст вам окончательное решение. Все, ступайте… Бестужев еще раз вздохнул, бросил тоскливый взгляд на штоф и кликнул слугу, который должен был проводить меня до кареты. Глава 8. Интриги и измены… 21 апреля 1756 года. Дрезден, курфюршество Саксония. Генерал-майор Кристоф Герман Манштейн Уже вторую неделю я безвылазно торчу в Дрездене. Нельзя сказать, что это европейское захолустье. Отец нынешнего курфюрста, да и он сам, не жалели денег на украшение столицы Саксонии и строительство в ней помпезных сооружений, вроде дворца Цвингер или Японского дворца. Только, с моей точки зрения, курфюрст Фридрих Август, который одновременно был польским королем Августом III, выбрасывал деньги на ветер. Лучше бы он потратил их на армию. Ведь в будущей войне саксонцам придется скрестить шпаги с воинами короля Фридриха. То, что в вооруженном противостоянии победит Пруссия – в этом у меня не было никаких сомнений. Ну что такое семнадцать тысяч человек? А именно столько солдат было в саксонской армии. Прусские гренадеры сметут их в первом же сражении. Канцлер Генрих фон Брюль был не менее расточителен, чем его повелитель. Пользуясь тем, что курфюрст полностью ему доверял, он беззастенчиво запускал руку в государственную казну, тратя огромные средства на содержание двух сотен слуг, на свою стражу, на роскошные пиры и наряды. Алчность его не знала границ – он, помимо немалого жалованья, добился того, чтобы курфюрст позволил ему занять еще с десяток высокооплачиваемых должностей. Словом, это был человек без стыда и совести. Но мне было совершенно наплевать на его пороки. Мне важно было раздобыть один документ, который мог бы помочь нам свалить русского канцлера Бестужева и тем самым обеспечить как минимум нейтралитет России в будущей войне. Пришлось потратить немало золотых и серебряных талеров с профилем польского короля Августа III, чтобы разузнать, что письмо русского канцлера хранится во дворце Брюля, и не где-нибудь, а в его спальне. Это серьезно осложнило дело, но, помня, что наш король очень хотел добыть сей документ, я приложил все усилия, не жалея денег, чтобы найти золотой ключик к сундучку, в котором он хранился. Как говорил кто-то из древних, осел, нагруженный золотом, откроет ворота любой крепости[33]. Мне удалось через своих людей подкупить одного из слуг канцлера. Деньги (причем немалые), которые ему пришлось заплатить, он отработал честно. В моих руках оказался документ, который мог стать смертным приговором для Бестужева. В нем русский канцлер советует своему саксонскому коллеге отравить русского посла в Саксонии. Причина столь необычного предложения – несогласие посла России с политической линией Бестужева. А если учесть, что в то время русским послом в Саксонии был старший брат канцлера – Михаил Бестужев… Словом, история Каина и Авеля повторялась снова и снова. До меня доходили слухи о том, что два родных брата люто ненавидят друг друга. Причина – Алексей Бестужев принял активное участие в разоблачении заговора Лопухиных. В числе участников этого заговора оказалась и супруга Михаила Бестужева Анна Гавриловна, урожденная Ягужинская. С моей точки зрения, сей заговор не стоил и выеденного яйца – обычная бабская салонная болтовня. Но императрица Елизавета Петровна, сама пришедшая к власти в результате дворцового переворота, весьма болезненно воспринимала любые намеки на заговоры, тем более если в них фигурировало имя императора-младенца Иоанна Антоновича. Поэтому она и приговорила Анну Бестужеву к смерти, заменив ей потом казнь на ссылку в Сибирь. Правда, перед этим у здания Двенадцати коллегий ее прилюдно били кнутом и урезали язык. |