Онлайн книга «Все дороги ведут в Реймс»
|
— Запомни, Тимоха, – сказал мне тогда Александр Иванович. – Случись чего – я тебя знать не знаю. Все, что тебе удастся выведать о делах этого француза, ты будешь докладывать лично мне. Причем докладывать устно – никаких бумаг быть не должно. Сумеем мы доказать, что Лесток сей пишет тайные донесения в Париж, сообщая о том, что происходит во дворце императрицы – честь нам и хвала. А не сможем… Александр Иванович строго взглянул на меня, и лицо его передернулось. Я уже знал, что от работы своей проклятой у него не все было в порядке со здоровьем. И судороги часто заставляли дергаться правую половину его лица. Но лечиться он не желал. — Все будет сделано так, как вы сказали, Александр Иванович, – пообещал я. – Я постараюсь помочь нашей государыне избавиться от этого шпиона. И язык за зубами я хранить умею. — Тогда с Богом, Тимоха. Я верю, что ты сможешь найти неопровержимые доказательства того, что сей граф Лесток не так уж благожелателен к нам и государству нашему, как он старается казаться… 23 апреля 1756 года. Франция. Креси-Куве. Герцогиня де Помпадур, радушная хозяйка Здоровье короля шло на поправку благодаря стараниям такого опытного врача, как мсье Робинсон. Его величество уже мог вставать с постели и прогуливаться по моему дворцу и парку. Русский эскулап с английской фамилией с любопытством наблюдал, как я доила корову на своей ферме, а потом предлагала парное молоко августейшему гостю Креси-Куве. Людовик с удовольствием пил его, нахваливал и говорил, что ничего подобного ему не подавали ни в Версале, ни в других его замках и дворцах. А вот некоторые из моих русских гостей от молока категорически отказывались. Это, как правило, были те, у кого наблюдалась примесь индейской крови. Я угостила кружкой прекрасного парного молока Алистера Фрейзера, который еле заметно поморщился, но выпил его. Как потом мне доложили слуги, у молодого человека после этого разболелся живот, и он целый день чувствовал себя не очень хорошо. Другие же – мсье Новиков и его прелестная жена, чета Робинсонов и большая часть русской делегации – с удовольствием пили молоко и ели сметану с моей фермы[35]. Сами же гости произвели на меня хорошее впечатление. Конечно, они не обладали всеми теми куртуазными манерами, которые отличают воспитанного дворянина от человека из простонародья. Это, понятно, не касалось нашего чудо-врача мсье Робинсона и его супруги. Но глава русской делегации, мсье Новиков, с его ладонями, покрытыми мозолями, в то же время обладал тем внутренним благородством, которое не часто встретишь у дворянина из высшего света. Как ни странно, мсье Новиков быстро нашел общий язык с его величеством, и они часто беседовали друг с другом наедине. Конечно, русский посол не лез обниматься к Людовику XIV, как это делал славный корсар Жан Бар, и не предлагал ему «жахнуть по стаканчику рома»[36]. Как я поняла из отрывков фраз, которые мне удалось услышать, речь шла о положении дел в Акадии и о намерениях русских, которые там остались, собрать силы и изгнать с захваченных земель французской короны наглых захватчиков. Короля прежде всего интересовало положение дел в России и личность русской императрицы Елизаветы. К сожалению, мсье Новиков очень давно покинул свою родину и мог лишь с чужих слов рассказать о той политике и политиках, которые сейчас определяют внешнеполитический курс государства. |