Книга Пока сердце помнит, страница 36 – Надежда Ковалёва

Когда остальные разошлись, Эмилия задержалась у карты.

— Ты действительно собираешься спрашивать моего разрешения на каждом повороте? - спросила она.

Доминик опёрся ладонями о стол.

— Нет. Это свело бы нас обоих с ума.

— Хорошо.

— Но постараюсь сначала спросить, а потом уже распоряжаться.

Эмилия посмотрела на него внимательнее.

— И как ты его узнаешь?

— Предполагаю, ты сообщишь.

Она не удержалась от улыбки.

— Громко.

— В этом я не сомневаюсь.

После ужасного предложения между ними наконец возникло не напряжение, а почти обычная близость. Доминик не попытался воспользоваться ею и приблизиться; только свернул карту и сказал, что заедет на рассвете.

Эмилия проводила его взглядом. Когда дверь закрылась, она ещё мгновение смотрела на неё. Он мог просто решить всё за неё - и удержался. Эта небольшая перемена тронула сильнее, чем ей хотелось признавать.

Чуть позже Эмилия задержалась в библиотеке с Элизабет. На столе осталась карта южного побережья, прижатая серебряной чернильницей, и записка Томаса Рида с неровным почерком человека, не привыкшего писать длинные письма.

— Ты сама послала за мной? - спросила Эмилия.

— Да. Я подумала, что если позволить Доминику сначала всё обсудить с мужчинами, он снова решит, будто тебе достаточно сообщить результат.

Эмилия улыбнулась.

— Он действительно спросил, позволю ли я ему сопровождать меня.

— Я слышала. Натаниэль потом пять минут проверял, не заболел ли брат.

Обе рассмеялись.

Элизабет стала серьёзнее.

— Ты уверена, что хочешь ехать сама? Это не светская поездка. Порт не самое приятное место для женщины, особенно если люди из компании уже пытаются что-то скрыть.

— Поэтому и поеду. Если останусь здесь, все опять решат за меня. Я больше не хочу последней узнавать о том, что касается моей жизни.

— А Доминик?

Эмилия провела пальцем по краю карты.

— Доминик будет полезен.

— Как романтично.

— Я не пытаюсь быть романтичной.

— Это заметно.

Эмилия вздохнула.

— Он изменился, Лиззи. Или старается. И от этого всё становится труднее.

— Потому что легче злиться на человека, который остаётся неправым?

— Намного.

Элизабет улыбнулась. Она понимала без пояснений.

Перед отъездом пришлось решить десяток скучных, но необходимых вещей. Эдвард настоял, чтобы с ними ехали кучер и лакей, но не стал навязывать вооружённую охрану. Натаниэль составил список документов, которые следовало искать: грузовые манифесты, страховые записи, книги залогов, переписку со страховщиками. Николас предложил взять его самого «для устрашения портовых крыс» и получил отказ сразу от всех.

Доминик пришёл вечером в Уинтер-парк с дорожным планом. Он не вошёл дальше малой гостиной и не задержался после того, как сэр Эдмунд подтвердил маршрут.

— Пойдём на юг через Бейзингсток и Алтон, дальше к Питерсфилду, - сказал он. - Если погода удержится, к вечеру будем в Портсмуте. Если дождь задержит, заночуем у Питерсфилда. В Портсмуте остановимся в «Джордже» на Хай-стрит. Хозяина знаю.

Эмилия подняла глаза.

— Ты уже всё решил?

Доминик замолчал. На секунду старое выражение - привычка командовать - появилось на лице, затем исчезло.

— Предложил, - поправился он. - Если хочешь другой маршрут, скажи.

Сэр Эдмунд кашлянул, пряча улыбку.

Эмилия почувствовала одновременно удовлетворение и странную нежность.