Книга Пока сердце помнит, страница 63 – Надежда Ковалёва

— Папа спрашивал, когда мы поедем в Италию.

— Весной.

— Он хочет поехать с нами до Парижа.

Доминик застыл.

— С нами?

— Ты обещал терпеть мою семью.

— Я рассчитывал, что один отец считается половиной семьи.

— Не считается.

Доминик вздохнул так трагически, что Эмилия рассмеялась.

Эмилия протянула ему озябшие пальцы. Доминик накрыл их ладонью и продолжил читать, будто ждать её у огня было самым обычным делом на свете.

Перед сном Доминик всё-таки проверил, заперты ли окна, и Эмилия поймала его на этом. Он заявил, что доверять жене вовсе не означает доверять ноябрьскому ветру. Она не спорила. Доминик закрыл створку, вернулся к креслу и поцеловал её в макушку. С ветром он мог спорить сколько угодно.

На следующее утро Доминик принёс в её гостиную большой свёрток.

— Что это?

— Открой.

Внутри оказалась новая карта Италии, гораздо подробнее прежнего атласа.

Эмилия подняла глаза.

— Доминик.

— Весной.

— Что весной?

— Флоренция. Если всё будет спокойно с делами Эдварда. Мы можем ехать через Париж, затем в Швейцарию. Или морем, если захочешь.

Она смотрела на карту.

— Ты серьёзно.

— Я помню, что обещал не отстать.

Эмилия обняла его за шею.

— Возможно, Венеция действительно пахнет ужасно.

— Я буду рядом и страдать вместе с тобой.

— Какая преданность.

Доминик поцеловал её.

После этого они спустились к завтраку и застали начало новой семейной катастрофы.

Николас, опоздавший почти на сорок минут, ещё не успел закончить первый тост, когда дворецкий объявил мисс Шарлотту Фэйрчайлд.

Она вошла не просто сердитая. Она была великолепно сердитая.

Светлые волосы скрывала дорожная шляпка, на щеке от холодного воздуха горел румянец, а в руках она держала бумаги с такой силой, будто собиралась ими задушить виновного.

— Кто из вас Николас Бомонт? - спросила Шарлотта.

Николас отложил нож, уже не улыбаясь.

— Зависит от того, зачем вы спрашиваете, - ответил Николас.

— Вы выиграли у моего отца долговое обязательство, обеспеченное Фэйрчайлд-парком, - сказала Шарлотта.

За столом наступила тишина, редкая для Бомонтов.

Николас встал.

— Боюсь, да. Он поставил на кон подписанное обязательство. Если долг не будет выплачен, я смогу потребовать продажи части имения в счёт долга.

— Он был пьян.

— И всё же он подписал бумаги. Я не горжусь тем, что принял такую ставку.

Шарлотта подошла и положила бумаги перед ним.

— Здесь предложение о выплате долга частями.

Николас взглянул на цифры.

— Невозможно.

— Почему?

— Потому что при таких платежах потребуется лет пятнадцать.

— Тогда вам придётся научиться терпению.

Шарлотта скрестила руки.

— Так что с моим предложением?

Николас снова посмотрел на бумаги, потом на неё. Его обычная лёгкая улыбка стала внимательнее.

— Оно ужасно.

— Тогда придумайте лучше. У вас неделя.

Она повернулась и вышла прежде, чем кто-нибудь успел ответить.

Дверь закрылась.

За столом ещё несколько секунд молчали.

Потом Розалинда сказала:

— Какая интересная девушка.

— Нет, - немедленно ответил Николас.

— Я ничего не предложила.

— Знаю тебя.

Натаниэль спокойно перелистнул страницу.

— Формально бабушкиному завещанию не хватает ещё одной свадьбы, - заметил Натаниэль. - А свободных кандидатов осталось двое: мы с тобой.

Николас посмотрел на него с ненавистью.

Доминик рассмеялся и нашёл под столом руку Эмилии.

Она переплела пальцы с его пальцами.

Когда-то Эмилия думала, что счастливая история заканчивается свадьбой. Теперь за этой дверью были завтраки, карты путешествий, семейные скандалы и привычка ждать знакомые шаги в коридоре.

Сердце помнило прошлое. Но жить предпочитало настоящим.

КОНЕЦ