Книга Величие. Книга 2, страница 106 – Мария Тиамат

Теперь же у окон стояла Арэйсу, отбивая голосом и хлопками такт и периодически сопровождая это недовольными комментариями. С того момента, как ответственность за обучение танцам легла на её плечи, в её душе проснулась прежде никем не подозреваемая, бескомпромиссная и жёсткая наставница, которую мало что могло удовлетворить.

— Медленнее! Ниже кисти! Они должны увидеть в вас своё отражение, а только потом – эльфийку. Вы должны принять эту культуру, а не коверкать под себя, – отчитывала она то и дело.

— Ну как, лучше? – в очередной раз повторив последовательность фигур, спросила Шиа.

Шаги гулким эхом замерли где-то под потолком. Она запыхалась, но о передышке не просила.

— Лучше, но всё равно топорно, – проворчала Арэйсу. – Как вы ставите ноги? Это отвратительно! Смотрите на меня. – Она вышла на середину зала, показывая движения. – И потом плавный переход. Давайте-ка я побуду за партнёра.

По возможности Аурелий составлял девушкам компанию, превращая муштру в веселье, но это удавалось не всегда. В таком случае Арэйсу заменяла его. В этот раз, однако, стоило им скрестить запястья, кавалер объявился неожиданно.

— Какая красота! Не слушайте её, у вас отлично получается. – Пьерше, театральным жестом распахнувший двери, переступил порог эркера. – Мне тут Аурелий обмолвился, что вы занимаетесь, и я не удержался, чтобы не заглянуть, – весело пояснил он Шиа. – Вы на обед к нам придёте? Или княгиня Брунгервильсс, как старая ворчливая карга, держит вас в ежовых рукавицах с утра до ночи?

— Она совсем не такая суровая, как кажется, – рассмеялась эльфийка.

— Отлично, другой партнёр – это даже лучше для практики, – холодно кивнула Арэйсу, предпочтя проигнорировать колкий выпад графа Круазе. – Станцуете вместе?

Пьерше не возражал. Разойдясь друг от друга на расстояние метра, Шиа и Пьерше встали в начальные позиции и по знаку Арэйсу начали движение. Некоторые элементы танца исполнялись порознь, некоторые – в паре, словно качались волны или кружились листья – то ближе, то дальше, то быстрее, то медленнее. Каждый раз, когда, казалось, движение достигало кульминационной точки, оно перерастало в новую фигуру. Соприкасаясь пальцами с графом, ощущая его непривычную близость, вслушиваясь в ритм его дыхания, Шиа невольно оценивала Пьерше.

Тогда, подмигнув ему на вечеринке, она не придала значения своему кокетливому жесту. Это было нечто спонтанное, подчиняющееся наитию. Шиа просто чувствовала, что ей хочется так сделать, а потом сразу же забыла об этом за множеством других впечатлений. Но теперь, разглядывая графа вблизи, она ощутила нечто более определённое. Правда была в том, что Пьерше её привлекал. Не то чтобы она сходила с ума, нет – но, если бы не обстоятельства, попробовала бы произвести на него впечатление, как женщина.

«А как же Аурелий?» – тут же спросил внутренний голос. Шиа призвала нежный, страстный образ возлюбленного, и прежние чувства воскресли, не позволяя сомневаться в их искренности. Всё то, что успело нарасти внутри неё – опыт и память, – оставалось живым и билось в такт сердцу. Но вот она ещё раз заглянула в дымчатые, чуть отдающие изумрудной зеленцой глаза находящегося напротив норда, и вновь они задели внутри неё неизведанные прежде струны. «Да что же это такое!» – воскликнула Шиа про себя. Однако продолжить эту мысль не успела: их снова побеспокоили. Баронесса Шертхесс тоже вошла в эркер; широкий пояс, как и всегда, оттягивал короткий кинжал.