Книга Несравненный. Том 1, страница 192 – Мэн Сиши

Но раз уж на то пошло, уже не столь важно, кто именно замыслил покушение. Со смертью давнего противника Син Мао подчинит себе весь Черчен, ведь без Дуань Циху его семейство все равно что орел с перебитыми крыльями. Не лучше ли уже тогда довести начатое до конца…

Глаза Син Мао потемнели, предвещая надвигающуюся бурю.

Все трое управляющих служили ему уже много лет и хорошо знали своего господина. Старшего из них теперь удерживал Фэн Сяо, а второй все это время оставался в стороне, наблюдая за развитием событий. Увидев, как все обернулось, он незаметно подал знак, и стражники особняка Син в мгновение ока оцепили зал для приема гостей. Один приказ Син Мао – и они ворвутся внутрь, дабы лишить Дуань Циху жизни. Каким бы могучим и искусным бойцом тот ни был, вырваться из этого железного кольца он уже никак бы не смог.

Господин Дуань понимал, что дела его плохи. Он решился прийти на праздник, потому что знал: Син Мао нападать на дне рождения собственной матери не станет. Кто бы мог подумать, что случится такое!

Кто именно приказал подать ему яд, уже не имело никакого значения. От Дуань Циху не ускользнул выразительный взгляд, предназначенный второму управляющему, новый замысел Син Мао был ясен как день – тот желал ему немедленной смерти.

Неужто сегодня ему и в самом деле суждено попрощаться с жизнью?

Вдруг закричал старший управляющий: он долго терпел, но в конце концов не выдержал.

— Ой, кажется, я перестаралась, – с улыбкой заметила супруга господина Шана. – Но ты сам виноват: кто тебя просил обижать моего мужа? Пеняй на себя!

В тот же миг мужчина весь обмяк, повалился на пол и замер, не в силах даже пошевелиться. Фэн Сяо же молнией метнулся ко второму управляющему. Тот только и успел заметить, что мелькнувшую тень, когда почувствовал сильный порыв ветра – верный знак приближения могучего противника. Сердце его сжалось в тревоге, и он поспешно воздел руку, собираясь принять бой. Сражался он отчаянно, но в конце концов потерпел поражение: от напряжения в груди у него заныло, а изо рта хлынула алая кровь. Второй управляющий пошатнулся и рухнул навзничь.

Фэн Сяо, на котором не осталось ни царапины, невозмутимо обратился к Син Мао:

— Как видите, хоть ваши люди и окружили зал, а я все равно выберусь отсюда в целости и сохранности, да еще и Дуань Циху с собой прихвачу.

И когда только в крошечном Черчене объявился столь умелый боец?

Кто бы мог подумать, что жена племянника правителя Куча, на вид не способного одолеть даже курицу, окажется такой могучей воительницей?

Дуань Циху считал, что и сам боевыми искусствами владеет неплохо, но при виде этой женщины понял, что его способности не идут ни в какое сравнение. Да что там! Окажись здесь Фо Эр, сильнейший из известных ему тюркских мастеров, и тот, пожалуй, не сумел бы выстоять против незнакомки.

Что это все-таки за пара такая? Откуда они взялись?

Теми же вопросами терзался и Син Мао.

— Да кто вы такие, в конце концов? – вскричал он, захлебываясь тревогой и гневом.

— Без сомнения, люди несравненной красоты, – Фэн Сяо извлек откуда-то платок, вытер руки, а после изящно сложил пальцы в цветок орхидеи и очертил ими в воздухе полукруг.

Легко воспарив, платок приземлился аккурат на голову старшему управляющему.

— Чем гадать, лучше бы беспокоились о том, кто тот враг, что скрывается у вас под крышей, – ровно произнес Цуй Буцюй. – Насколько мне известно, у Дуань Циху двое сыновей, старший – уже совсем взрослый. Если его отец умрет здесь и сейчас, он сможет унаследовать все его имущество и отомстить за отца, открыто выступив против вас. При таком исходе, даже если вы в конце концов одержите верх, то будет пустая победа, ведь осуждения горожан вам не избежать. Вспомните историю о птице-рыболове и устрице и подумайте – кто тот рыбак, что получит всю выгоду?