Книга Несравненный. Том 1, страница 177 – Мэн Сиши

Цяо Сянь поспешила отвернуться, чтобы Гао И ненароком не заметил злорадства в ее глазах.

Второй господин схватился за лоб, разыгрывая очередную сцену:

— Ах, у меня вдруг голова закружилась! Господин мой, сей ничтожной вдруг вспомнился совет лекаря: нашему ребенку всего несколько месяцев, нельзя дотрагиваться до всего, где преобладает начало инь. Я все-таки послушаюсь его указаний: вы ведь не хотите, чтобы ваше дитя родилось без ручки или ножки?

Цуй Буцюй промолчал, лишь на миг задержался взглядом на животе Фэн Сяо, а потом отвернулся и невозмутимо продолжил осмотр.

— На спине все кости целы, ран нет, – произнес Вестник, возвращая труп в прежнее положение.

— Выходит, вы тут битый час провозились, но так ничего и не нашли? – вспылил тучный господин.

— Только зря потратили наше время! – поддержал его худощавый.

— Ваше превосходительство, – посланник Син Мао повернулся к Гао И, – смею полагать, смерть Ли Фэя крайне подозрительна. Прошу вас, задержите этих четверых и допросите их как следует, а еще лучше, по моему скромному мнению, послать кого-нибудь в Куча и выяснить, есть ли вообще у местного правителя племянник. Если нет – наверняка они и есть злодеи, которые убили Ли Фэя по чьей-то указке!

— Это по чьей такой указке? – вскинулся худощавый. – Нечего обиняками говорить, выкладывай все начистоту!

— Мне-то откуда знать! – не остался в долгу толстяк.

Гао И понял, что эти двое вот-вот снова сцепятся, и мысленно приготовился как обычно сглаживать углы. Цуй Буцюй предъявил золотую печать, удостоверявшую его личность, но даже будь тот бродячим мошенником, выдающим себя за кого-то другого, у главы уезда не было ни малейшего желания совать нос куда не следует.

Гао И уже отказался от всяких устремлений – еще когда только-только приехал на новое место и обнаружил, что влияние в городе уже поделено между Дуань Циху и Син Мао. Когда-то он мечтал продвинуться по службе, но, несколько лет просидев в Черчене, понял, что и заурядной должности ему достаточно. Теперь он согласился бы на любой, пусть даже самый захудалый уезд в пределах Великой стены, лишь бы уехать отсюда. Конечно, Дуань Циху и Син Мао ежегодно давали ему немалую мзду, но Гао И постоянно чувствовал себя меж двух огней, и это не стоило никаких денег.

— Ни спереди, ни сзади ран нет, – раздался размеренный голос Цуй Буцюя, – однако этих людей сперва убили, а уже потом сожгли.

Все трое господ опешили. Тучный и худощавый даже вмиг потеряли всякое желание продолжать свою перепалку.

— Не говорите ерунды! Напугать нас пытаетесь?

— Загляните в рот умершего, – предложил Вестник.

Он разжал челюсти одному из трупов. Гао И поддался любопытству и подошел посмотреть. Склочные господа, кое-как переборов отвращение, последовали его примеру.

— Человек при пожаре неминуемо вдыхает гарь, отчего во рту и в носу остается копоть, – объяснил Цуй Буцюй. – Но у этих двоих и рот, и нос чисты, а значит, они оказались в огне уже после смерти.

Изначально Гао И не собирался вникать в это дело и принял на веру, что несчастные сгорели заживо, но теперь, выслушав «господина Шана», не удержался от вопроса:

— А можно ли определить, от чего они умерли?

Цуй Буцюй потянулся к затылку трупа, но вдруг остановился:

— А-Фэн, подойди, взгляни.