Онлайн книга «Недосказанное слово»
|
— Благодарю вас, — душевно изрек следователь. Он и правда был благодарен мужчине за информацию, которую непременно надлежало осмыслить. А к своему портеру Иван Федорович после первого глоточка более не притронулся. И правду говорят: сей напиток исключительно на любителя… * * * Из портерной судебный следователь возвращался в мрачном настроении. «Как же так? Все свидетели в один голос утверждают: шестого августа 1903 года, в день Преображения Господня, Аркадия Горского в портерной не было — и быть не могло, потому что он туда попросту не заходил. Между тем сам Горский уверял, будто около половины десятого направился в портерную "повидать одного человека", задолжавшего ему пять рублей и обещавшего вернуть долг именно в этот день; будто он "посидел там немного, выпил бутылку пива и вышел". Но все это, мягко говоря, не соответствовало действительности. Иными словами — он лукавил, — размышлял Воловцов. Спрашивается тогда — зачем? С какой целью он вводил следствие в заблуждение, прекрасно осознавая, что подобная ложь может иметь для него самые серьезные последствия? И как в таком случае быть с его сыном Колей, который уверяет, будто видел отца, выходящего из портерной в ту самую пору, когда на втором этаже дома Свирской уже вовсю полыхал пожар? Неужели родители и впрямь подговорили мальчика солгать, чтобы наскоро состряпать Горскому алиби на время тех роковых событий? Тогда, выходит, именно он и есть тот самый злодей, что напал на горничную Матрену Кулебякину, полоснул ее ножом по горлу, поджег квартиру Генриетты Павловны… Да еще и попытался завладеть деньгами и драгоценностями из комода. Но что могло толкнуть его на такое? Где скрывается причина, тот самый внутренний толчок, без которого не совершается ни одно преступление? Каков его мотив? Во все это как-то не верилось… А вдруг мальчишка не врет? Ну, ведь может же быть, что на Горского, зашедшего в портерную на несколько минут, никто не обратил внимания? Может. Теоретически, конечно. И где прикажете в таком случае искать истину? Чтобы разрешить все эти вопросы, надо ох как много еще сделать. И в первую очередь посетить ресторан "Перекресток". Может, и там его никто не видел? И Горский опять врет?» Глава 11. Что лучше: каштаны в сахаре или медовая коврижка? Ресторан «Перекресток» был заведением средней руки: не лучший, но и не худший в Первопрестольной. Цеховые и фабричные сюда не захаживали, но и увидеть здесь за столиком солиста Большого театра Федора Шаляпина, прославленную актрису Марию Ермолову или обер-прокурора Синода Константина Победоносцева было бы делом почти невероятным. Впрочем, поговаривали, что управляющий Морским министерством Российской империи генерал-адъютант Федор Карлович Авелан наведывался сюда — кажется, столь знаменательное событие произошло в конце марта 1903 года. Иван Федорович решил, что называется, совместить приятное с полезным. Зайдя в ресторан и выбрав себе столик по вкусу, он заказал консоме «Марго» с грибными пирожками, к которым питал особое пристрастие; отварную стерлядь в нежном сливочном соусе; филе миньон «Массена», обернутое полосками бекона; цветную капусту — простую, отварную, с маслом — и, разумеется, кофей «Мокко». Купеческого размаха в яствах, с бесконечными переменами блюд, расстегаями всех мастей, маринованной белугой и розовой банкетной телятиной, он не любил и потому неумеренности в еде не придерживался. Однако поесть вкусно мог — а в этом, право, нет ничего предосудительного. Да и попробуй сыскать человека, который предпочел бы невкусную пищу… И похоже, что в этом ресторане знали толк в лакомых блюдах. |