Книга Агентство неслыханной щедрости, страница 126 – Анна Ротш

Звук был почти девичьим — и совершенно неподдельным. Она прижала ладонь к груди, туда, где вырез пеньюара был особенно глубок, и отшатнулась к двери, закрываясь — собой, руками, этим жестом, который должен был изображать испуг, но выглядел скорее, как неуклюжая попытка сохранить лицо.

— Ваше… — выдохнула она, а в голосе её смешались растерянность, ярость разочарование. — Простите… я…

Она попятилась, споткнулась о порог и исчезла за дверью так же внезапно, как и появилась. Только резкий звук удаляющихся каблуков нарушал утреннюю тишину.

Этот вскрик разбудил Некрию. Она испуганно дёрнулась, её мутные ото сна глаза распахнулись, и в них тут же задребезжала паника. Она не сразу поняла, где находится. Не сразу вспомнила, как здесь оказалась. Не сразу осознала, что всё это время проспала на коленях у Ноктифера.

— Тш-ш-ш, — прошептал он, и голос его был мягче, чем когда-либо она слышала. — Спи. Всё в порядке. Спи дальше.

Но она уже села, уже заозиралась по сторонам, уже пыталась соскользнуть с его колен, и лицо её вовсю горело от стыда.

— Я… простите, — забормотала она, не глядя на него. — Я… мне нужно… привести себя в порядок…

— Некрия.

Она замерла, услышав своё имя.

— Ты прекрасна и так.

Она покраснела ещё сильнее — такой яркой краской, что даже уши заалели. Попыталась встать, опираясь на край стола, но ноги не слушались — затекли из-за вынужденной позы. Она покачнулась, и… он успел поймать её за руку, вот только она тут же её отдёрнула.

— Простите, — выдохнула она снова, отступая к двери. — Это… это дурной тон. Неуважение к королевской семье — выйти в таком мятом платье. Я сейчас… я вернусь…

— Кстати о платьях…

— Я всё верну! — перебила она, не дав ему договорить. — Все платья, которые вы купили. Каждое. До последнего. Я не имела права…

— Я не это имел в виду, — сказал он, но она уже была у двери, уже поворачивала ручку, уже скользила в щель, оставляя после себя только запах тёплого дождя.

Дверь закрылась.

Ноктифер постоял секунду, глядя на неё — на это дерево, на эту ручку, на это предательское пространство, которое отделяло его от неё. Потом со стоном, в котором смешались усталость и отчаяние… рухнул в кресло и уронил лоб на стол.

Удар был таким сильным, что откуда-то со дна столешницы, а может из потайного отделения, которое явно было сделано для хранения самых сокровенных вещей, выпала карточка: маленькая, пожелтевшая, с загнутыми краями. Она скользнула по полированной поверхности и замерла у ножки стола.

Ноктифер поднял голову. Посмотрел на карточку. Взял в руки: это была фотография. На ней две девушки, примерно одного возраста — возраста Некрии, — стояли на фоне какой-то неприметной стены, обнявшись за плечи. Но в этом объятии не было тепла.

Он узнал одну из них сразу: надменный взгляд, острые черты, тот самый изгиб губ, который не предвещал ничего доброго — бабушка, — или как она просила себя называть — госпожа Гохия. Молодая, но уже с этим своим хищным выражением, которое, казалось, было с ней с рождения. Она была одета роскошно — даже на этой выцветшей фотографии было видно, что ткань её платья была довольно редкой, а украшения — ни грамма подделки.

Вторая девушка… Нотифер несколько раз прищуривался на снимок, а в итоге даже подошёл к окну, чтоб разглядеть такие знакомые, но «другие» черты.